Дни шли своей чередой, а Кеман притворялся, что ничего не произошло. И он сам удивлялся, насколько у него это хорошо получается. Маска спокойствия, которая у него появилась, кажется в тот самый день, когда они подслушивали собрание, сидя в шкафу кабинета, теперь держалась на его лице постоянно, будто приклеенная. И лишь на тренировках с Фиаром, а порой и с иногда приходящим Джейсоном, эта маска слетала с него, являя его настоящего.
Прошла уже практически неделя и через несколько дней начнется любимое время для учеников Академии – второй месяц лета, когда каждый класс едет в какой-нибудь поход. И Кеман с нетерпением этого ждал. Как и другие ученики вместе с недавно присоединившимся к ним Геком – тот, даже не смотря на травмы, полученные в бою, а позже исцеленные в больнице, он вернулся обратно в Академию и продолжал тренировки, старая нагнать сверстников. Да вот только одного Кеман не предусмотрел – сейчас конец месяца, а походы в храм бываю лишь один раз в месяц в первый его день.
Это окончательно выбило Кемана из колеи. В последние дни он стал рассеянным, нервным, постоянно оглядываясь, желая или, наоборот, боясь кого-то увидеть. А порой он так глубоко уходил в себя, погрузившись в собственные мысли, что Дрейку с трудом удавалось растолкать друга и вернуть в реальность. Даже на тренировках с Фиаром Кеман умудрялся задумываться во время боя. И за это один раз даже получил широкой стороной меча по голове от Фиара за то, что отвлекается.
Но вот настал последний день месяца. И уже завтра состоится то, чего Кеман боится до сих пор. Посвящение. Сущность. Даже прошлое нападение как-то блекло, по сравнению с этими двумя словами, кружащими у Кемана в голове. И с этими мыслями он и уснул, не заметив. И так последний вечер месяца медленно перетек в утро следующего дня.
8
Все произошло слишком быстро, так, что Кеман и сосредоточиться толком не успел. Вот его разбудил его лучший друг, сказав готовиться к завтраку. Кеман же, все ещё будучи сонным, по привычке оделся, умывшись перед этим, и пошел в столовую. Так как обычно взять себе кашу, яичницу и компот. Быстро все это съел и вместе с Дрейком отправился в комнату. И тогда он уже проснулся окончательно, вспомнив, какой сегодня день. Ведь, даже если в этот день Дрейк все утро говорил о походе в храм, то Кеман его просто-напросто не слушал. Но сейчас надвигающееся событие нависло над ним, как зверь перед своей добычей. И Кеману ничего не осталось, как сокрушенно опустить голову и принять происходящее.
Дрейк же совсем не разделял мрачность друга и шел с натянутой до ушей улыбкой прямо к выходу из Академии, где их поджидали другие учениками, коих стало с прошлого раза ещё больше. Были среди них, к удивлению даже Кемана, и грустные одноклассники, которые ещё помнили прошлый выход в храм. Но их, походу, все равно принудили идти. В этот раз их сопроводителями были не только Фиар и Джейсон, но и другие рыцари. И их присутствие хоть и успокаивало, но нисколько не радовало. Попробуй тут порадоваться рядом с такими хмурым личностями, хотя кому-то это всё-таки удалось.
И вот они, человек тридцать, идут в храм, стараясь не отставать от идущих впереди. Рыцари постоянно были на стороже, готовые в любой момент достать оружие и сразиться с врагом. И вся эта профессия выглядела со стороны одновременно смешно и пугающе. Дети четырнадцати лет шли в сопровождении рыцарей, будто под конвоем, которые смотрели на всех такими глазами, будто видели все грехи окружающих и обдумывали, не нападут ли они на них, кроме, конечно Франк и Джейсон, что тоже были настороже, но проявляли беспокойства и шли вполне нормально.
И вот уже вдалеке показалось купола храма, что сияли в утреннем свете. До их места назначения оставалось минут пятнадцать. И с каждым шагом Кеман становился все более хмурым, опускал голову и горбился. И, если бы не Дрейк, что все время его поправлял и говорил понять голову, то к храму Кеман бы уже упустил голову до самой земли.
И вот они дошли. Огромные ворота, по бокам храма огромные окна, выложенные витражом. И все это блестело на солнце, будто золото.
Кеман же, думая, что вчера страх поглотил его полностью, сильно ошибался. Ведь сейчас тот страх увеличился чуть ли не в десять раз. И каждый шаг стоил ему таких усилий, что Кеман подумал, быть может, он сейчас свалился в обморок. И даже что-то спасительное было бы в этом обморок. Но нет. Он все так же шел вперёд, через силу. И, наконец, все они оказались перед церемониальным залом, что, в отличие от зала в храме города Кемана, не был отдельной закрытой комнатой. Священное пламя находилось на вершине небольшой лестницы, где их уже ждал священник, держа кинжал.