Там был целый мир. Мне захотелось снова войти в него.
— Это что-то вроде свидания, нашего первого свидания? — спросила я.
Взгляд Стерлинга закипел, когда мужчина потянулся к моей талии и прижал меня к себе. Эта связь больше не была чуждой, наши бедра соприкоснулись.
— Скажи мне, Арания… — его низкий голос эхом отдавался от него ко мне. — … ты трахаешься на первом свидании?
Я попыталась сглотнуть, но во рту внезапно пересохло. Покачав головой, я ответила:
— Нет, никогда.
Как, черт возьми, это прозвучало?
Мы со Стерлингом не были на свидании, и, тем не менее, мы занимались любовью, трахались, или как бы я это ни называла, так много раз, что я потеряла счет.
Его большая рука опустилась на мой зад, пальцы растопырились, когда он крепче прижал меня к себе.
— А перед первым свиданием?
Тепло наполнило мои щеки.
— Как правило, нет.
Его глаза расширились.
— Скажи мне, сколько раз ты нарушала это навязанное себе правило.
Было что-то в его тоне, потемневшем взгляде и давлении тела, что неуместно напрягло мои мышцы.
— Зачем? — спросила я, поднимая подбородок, чтобы удержать его взгляд. — Эта информация передается по необходимости, и я не думаю, что тебе, Стерлинг, нужно это знать.
— Вот тут ты ошибаешься. Мне нужно знать, потому что помни, что ты моя, и так как ты моя, я имею право знать о тебе все.
— Хочешь сказать, эта информация не была чем-то, что всплыло во всех твоих шпионажах?
Его рука шлепнула меня по заднице.
— Эй, — взвизгнула я.
— Ответь на мой вопрос.
— А что, если я скажу, что это правило нарушалось много раз?
— Тогда перед нашим первым свиданием мне придется отшлепать тебя по заднице не один раз, потому что даже навязанные правила навязанные остаются правилами. И моя работа, убедиться, что ты научишься следовать им.
Я положила руки ему на плечи.
— А что, если я скажу тебе, что все это время была с одним и тем же мужчиной?
— Ты говоришь правду или пытаешься спасти свою задницу?
— И то и другое, — ухмыльнулась я. — Один и тот же человек, много раз, в большинстве своем великолепный. Иногда он может быть настоящим засранцем, но это не значит, что я не хочу идти с ним на первое свидание.
— В большинстве?
— Да, когда он не ведет себя как придурок.
— А ты не хочешь нарушить гребаное правило после первого свидания? — спросил он.
Одно плечо поднялось, потом опустилось.
— Даже не знаю. Принесет ли это мне еще один великолепный оргазм или меня накажут за нарушение?
— Они не обязательно исключают друг друга.
— Тогда, полагаю, все зависит от того, как пройдет свидание, — уклончиво ответила я.
Его губы коснулись моих.
— В семь часов. Будь готова. Я официально заберу тебя на наше первое свидание у входной двери.
— У входной двери? Разве мы не уйдем через потайной лифт?
— Солнышко, не задавай вопросов. Сегодня наше первое официальное свидание. Ты и свидание в моих руках. Ты скоро узнаешь, каково это, когда тебя угощает Стерлинг Спарроу.
Мои щеки вспыхнули.
— Насколько официальное?
Он склонил голову набок.
— Это вопрос.
— Да, но мне нужно знать.
— Что тебе нужно, так это надеть то гребаное фантастическое платье из «Полотна греха», которое было на тебе в первый вечер в распределительном центре. Без лифчика. Я хочу смотреть, как твои соски становятся твердыми, зная, что на этот раз, когда я приведу тебя домой, я буду тем, кто снимет этот шелк с твоего сексуального тела и будет наслаждаться всем, что под ним.
Его слова заставили меня напрячься.
— Стерлинг…
— И еще, если тебе интересно, — продолжал он, — никаких трусиков, если только после ужина ты не захочешь начать с порки. Я видел, как порозовели твои щеки, когда я упомянул об этом.
Я сморщила нос.
— Это вроде как… — я искала нужные слова, — …неудобно.
— Порка? Да, так и должно быть.
— Нет, насчет трусиков. Это заставляет меня чувствовать себя неловко.
Его губы дрогнули.
— Обычно я не предлагаю это на первом свидании, но раз уж мы нарушили твое гребаное правило, я дам тебе выбор.
Наклонив голову, я смотрела ему в глаза, не зная, хорошо это или плохо.