— Э… мы пришли, чтобы взломать его сейф? — спросила я, удивлённая, но не осуждающая. Если бы там были какие-то улики, которые могли бы помочь мне найти того, кто пытался меня убить, я была бы готова на все.
Губы Арчера растянулись в полуулыбке.
— Что-то вроде этого. Он также не взламывается, когда я им владею.
Он ввел пароль, не потрудившись скрыть его от меня, и это вызвало у меня подозрения. Он точно не доверял мне, так значит ли это, что он планировал убить меня в один прекрасный день?
Когда загорелся зеленый свет и пискнул механический замок, вся стенная панель открылась, открывая комнату. Галогенные лампы ожили, когда Арчер потянул потайную дверь, и я подавила шокированный вздох.
— Да, Филипп был интересным персонажем, это уж точно, — пробормотал Арчер.
Все свободные поверхности тайной комнаты были уставлены оружием. Пистолеты всех форм, размеров и калибров. Ножи всевозможных форм и изгибов.
Даже…
— Это ракетная установка? — пискнула я, указывая на страшное на вид оружие с длинной трубой.
Арчер коротко рассмеялся.
— Базука. Филипп был немного коллекционером.
— О-кей, — я огляделась вокруг себя широко раскрытыми глазами. — Ты объяснишь это, или я напрасно трачу свое дыхание?
Арчер оперся плечом на одну из стоек с оружием, сложив свои толстые руки и окинув меня внимательным взглядом.
— Я уже говорил тебе, что Ана была куплена моим прадедом, отцом Филиппа, — это был не вопрос, а просто напоминание. Я кивнула. — Он был отвратительным человеком, криворуким, с пальцами, глубоко замешанными во всех видах преступлений, которые только можно себе представить. Оружейный бизнес, наркотики, торговля сексом, убийства… ничто не было вне его поля зрения. Именно оттуда пришла большая часть состояния Д'Ат.
Я подняла брови, обдумывая его слова. Но это был его прадед, который мог умереть еще до его рождения.
— Значит, Филипп продолжил семейный бизнес?
Это имело смысл. Это объясняло изобилие богатства в поместье Д'Ат, и, конечно же, подтверждало, что Дэмиен Д'Ат основал — Жнецов Теневой Рощи. Однако, зная, насколько глубоко в криминальный мир был погружен их предок, Жнецы казались по сравнению с ним сущим пустяком.
Арчер покачал головой.
— Ни за что. Филипп презирал своего отца и все, во что тот был вовлечен. Покупка Грегориком похищенной четырнадцатилетней хорватской девочки на аукционе плоти стала для Филиппа последней каплей.
У меня забурчало в животе, когда я подумала о доброте Аны и о том, какой тяжелой должна была быть ее жизнь. Какие ужасы ей пришлось пережить. Это придавало серьезный смысл моим собственным мелким проблемам.
— Он записался в армию, как только стал достаточно взрослым, чтобы сделать это без согласия родителей, — продолжал Арчер, рассказывая мне историю своего деда, его глаза смотрели на меня не мигая, — а затем быстро продвинулся по карьерной лестнице. Когда он встретил Констанс, он работал в каком-то очень секретном подразделении МИ-6, — он слегка улыбнулся с сожалением. — Мы не расшифровали его файлы настолько, чтобы выяснить, в чем именно заключалась его роль, но догадаться несложно, — он наклонил голову к комнате, полной оружия, и я кивнула.
— Да, это вроде как большая подсказка, — пробормотала я, не находя в себе силы оторвать взгляд от глаз Арчера. Пока нет.
— В общем. Короче говоря, Констанс и Филипп поженились, и она забеременела. У Филлипа была какая-то… пережитая травма после службы, и он все больше параноил, что его отец узнает о его жене и ребенке. Возможно, даже сделает что-то, чтобы навредить им. Грегорик был гордым человеком и не очень хорошо воспринял отказ своего сына от права первородства.
Арчер рассказывал историю мягким, лишенным эмоций голосом, но я цеплялась за каждое слово. Я была чертовски заинтересована и должна была знать, чем все закончится… хотя я знала, что половина персонажей теперь мертвы.
— Итак, что он сделал? — подтолкнула я, отчаянно желая услышать больше.
Арчер переместил свой вес, одарив меня беззлобной улыбкой.
— То, что должен делать любой порядочный человек, — сказал он мне. — Он вернулся домой в поместье своего отца на Рождество и выстрелил Грегорику в голову.
Мои губы разошлись в шоке, но потом… неужели я была так удивлена?
— Остальное, так сказать, уже история, — Арчер прервал зрительный контакт со мной, оглядывая комнату печальными глазами. — Прошлое Филиппа преследовало его. Его воспитание под руководством Грегорика было жестоким и отвратительным. Оно сформировало его разум таким образом, что он никогда не смог бы оправиться от этого. Добавь к этому все те ужасы, которые он, должно быть, видел или делал, работая в тайных отделах британского правительства? — он покачал головой и вздохнул. — Они с Констанс переехали сюда вскоре после смерти Грегорика, прихватив с собой Ану, очевидно, и попытались начать все сначала.