Он был одет в смокинг, соответствующий тому, что носили Раф и Кай, его шафер, пиджак плотно облегал его мускулистое тело. Он следил за мной, пока я медленно пробиралась по импровизированному проходу туда, где он ждал.
Несколько гостей вокруг меня исчезли; я сосредоточилась только на одном человеке, и по тому, как он следил за мной глазами, у меня возникло ощущение, что ему потребовались все его силы, чтобы удержаться от того, чтобы подойти ко мне и потащить обратно в спальню.
Или, может быть, трахнет меня прямо на месте, на глазах у всех гостей.
Мы еще не осуществили мою фантазию о посещении «Экзотики», что я была полна решимости изменить.
И очень скоро.
Я едва успела дойти до конца прохода, как Майлз схватил меня за руку, вырвал из объятий Рафа и прижал к своей твердой груди. — Блядь, малолетка. Ты убиваешь меня здесь, — прошипел он мне в губы, его член прижался к моей сердцевине. — Ты выглядишь чертовски красиво.
Широкая улыбка озарила мое лицо, когда тепло разлилось по мне. — Ты тоже хорошо выглядишь, мистер Вульф. — я положила руки ему на грудь и прижалась губами к его губам, забыв, что у нас есть зрители, пока не раздался кашель.
— Если ты не возражаешь, не все из нас хотят смотреть порно-шоу, особенно Энджел, — игриво проговорил Кай.
Я прикусила губу. Хотя я ничего так не хотела, как чтобы Майлз трахнул меня на глазах у публики, я не хотела, чтобы это была аудитория из людей, включая тринадцатилетнего подростка и моего брата.
Неохотно мы отпустили друг друга и повернулись к празднующему, все еще сжимая руки друг друга, ни один из нас не собирался отпускать другого.
Ведущий начал с открытия церемонии и приветствия наших гостей. Насколько я знал, он мог говорить на иностранном языке. Я потерялась во взгляде Майлза, вспышки воспоминаний, приведших нас к этому моменту, проносились в моей голове.
Жизнь забавным образом поворачивается правильным образом. Той ночью в «Экзотике», когда я впервые увидела Майлза, в нем было что-то такое, что привлекло меня. Я хотела его не только на одну ночь; я хотела его для гораздо большего. Чувство, которое он повторил. Несмотря на сказанную ложь и душевную боль, которую мы оба перенесли, мы наконец-то получили то, что хотели.
Друг с другом.
— Мистер Вульф, когда вы будете готовы, пожалуйста, прочтите свои клятвы, — сказал священнослужитель.
Майлз не отрывал от меня взгляда, когда притянул ближе и сжал мои бедра, его пальцы впились в мою кожу через шелк платья. — Малолетка. В последний раз, когда я вот так стоял перед тобой, я взял тебя в законные жены, в богатстве, в бедности, в болезни и здравии. Что мне следовало поклясться, так это то, что я буду уважать тебя вечно, лелеять до своего последнего вздоха и что я буду любить тебя вечно.
Слезы радости навернулись у меня на глаза, когда Майлз заговорил так тихо, что только я могла расслышать его слова. Он обращался исключительно ко мне, как будто в тот момент я была единственным человеком на всей планете.
— Итак, сегодня я стою здесь перед тобой, чтобы принести тебе эти клятвы. Сказать тебе, что ты — мой мир, и что до тех пор, пока ты хочешь меня, я буду рядом с тобой, несмотря на взлеты и падения, как твой защитник, твой лучший защитник, твой лучший друг и твой муж. Я люблю тебя, София Вульф, и с этого дня клянусь быть мужчиной, которого ты заслуживаешь. Мужчиной, который видит тебя такой, какая ты есть.
Скатилась одинокая слезинка, которую Майлз смахнул большим пальцем, прежде чем обхватить ладонью мою щеку и приблизить свой рот к моему. Наши рты приоткрылись, и наши языки ненадолго затанцевали, прежде чем он отстранился, но прижался своим лбом к моему.
Несколько долгих секунд мы оставались вот так, просто глядя глубоко в глаза друг другу, прямо в наши души, снова забыв об окружающем мире.
— Я услышу твои клятвы? — спросил Майлз, отстраняясь, чтобы ухмыльнуться мне сверху вниз.
На периферии моего внимания Раф встал и порылся в кармане в поисках листка бумаги, который я дала ему перед тем, как мы вышли из спальни, но я быстро покачала головой, говоря, что они мне не нужны. То, что я хотела сказать, шло прямо из моего сердца.
Я нервно втянула воздух. — Майлз. В первый раз мы встретились при необычных обстоятельствах, — начала я, заслужив его усмешку. Кай и Райли, возможно, и знали правду о том, как мы познакомились, но я определенно не хотела, чтобы Раф когда-либо узнал. — Но с той минуты, как я увидела тебя, ты был единственным, кого я хотела. Ты был мужчиной, которого я хотела тогда, мужчиной, которого я хочу сейчас, и мужчиной, которого я буду хотеть всю оставшуюся жизнь.