Когда дверь распахнулась, я вошел внутрь и обнаружил свою жертву привязанной к стулу, а пять полуавтоматических винтовок были направлены на нее. Он был раздет до боксерских трусов, и синяки, украшавшие его лицо и торс, были в полном расцвете, его кожа имела смесь глубокого пурпурного и красного цветов. Результат моей работы. Ему удалось приоткрыть один глаз, но другой был крепко заплывшим.
— Босс. Нам удалось узнать имя этого ублюдка, — сказал Эрни, опуская пистолет и приближаясь ко мне. — Позвольте мне представить вам Адриана Пауэлла, брата Маркуса Пауэлла. У него даже есть татуировка в виде оленя.
Мой пристальный взгляд сузился на ублюдке. Маркус Пауэлл был помощником шерифа «Оленей», банды, у которой была идиотская идея заявить права на наш город вместе с кем-то, кого мы когда-то считали другом. Семьей.
Маркус был тем ублюдком, который бросил Софию в камеру к Кимми, нашей подруге, а затем попытался напасть на Софию. Кимми вмешалась, помешав Маркусу сделать то, что он планировал сделать с Софией, но в результате он избил Кимми до полусмерти.
Когда мы с Рафом и несколькими нашими мужчинами нашли женщин в камере и освободили их, Кимми рассказала мне, что сделал Маркус. Меня охватила такая ослепляющая ярость, что, когда я нашел Маркуса, я изрешетил его торс пулями.
После того, как мы отвоевали Холлоуз-Бэй, Кай поставил перед собой задачу избавить мир от «Оленей», и мы преуспели.
По крайней мере, мы так думали.
По крайней мере, картель Эррера тут ни при чем. Эти ублюдки угрожали похитить и продать Софию тому, кто больше заплатит на черном рынке, в отместке за неудачную сделку с наркотиками между ними и Джорджио. Они еще не сделали свой ход. Пока. Но это был только вопрос времени, и, учитывая отсутствие мер предосторожности, которые Джорджио предпринимал для защиты своей дочери, я был уверен, что когда они нанесут удар, то преуспеют в своей миссии по похищению Софии.
Вот почему я уже строил планы в своей голове, как убедиться, что София находится под моей защитой, и почему Кай и Райли прервали свой медовый месяц и были на пути домой.
Сохраняя самообладание, я кивнул. — Дальше я с ним разберусь.
— Конечно, мистер Вульф, — ответил Эрни, пожимая мне руку свободной рукой. — Вы хотите, чтобы вокруг поместья было больше людей?
— Размести еще четырех человек на первом контрольно-пропускном пункте. Мы обсудим это подробнее, когда Кай вернется, — сказал я, хлопая Эрни по плечу.
Эрни был хорошим человеком, и он знал, насколько серьезно мы с Каем относимся к тому, чтобы наши женщины были защищены должным образом.
Не то чтобы София была моей женщиной.
Черт.
— Будет сделано, босс, — сказал он, кивая своим людям, которые вчетвером последовали за Эрни и оставили меня наедине с человеком, который вскоре должен был умереть.
Я хрустнул костяшками пальцев, прежде чем вырвать кляп изо рта Адриана. В ту же секунду, как она освободилась, он сплюнул полный рот крови мне под ноги и поднял на меня злобные глаза. — Отпусти меня. Ты ни хрена не понимаешь, с кем связываешься.
Я ухмыльнулся, скрестив руки на груди. — Это правда? Просвети меня, с кем, черт возьми, я связался, потому что там, где я стою, все выглядит так, будто я тебя хорошенько потрепал?
Он снова сплюнул. — Иди нахуй. Я ни хрена тебе не скажу, кроме того, что когда они узнают, что ты со мной сделал, они прикончат тебя. Ты проведешь остаток вечности в безымянной могиле, где никто не найдет твой разлагающийся труп.
Казалось бесполезным говорить ему, что смерть меня не пугает. Что я желал смерти практически каждый день с тех пор, как держал в руках мертвое тело Тео, и что в ту ночь, когда я, Кай и целая куча наших людей начали атаку, чтобы вернуть наш город, я втайне надеялся, что не уйду от этого.
Кроме того, меня больше интересовало, кто такие они. Конечно, он имел в виду не картель, или у нас был еще один враг, стучащий в нашу дверь, с которым нам придется иметь дело?
— Давай не будем терять время, Адриан. Мы оба знаем, как это будет происходить. Я собираюсь задать тебе вопрос, ты скажешь мне отвалить, я подвергну тебя какой-нибудь пытке, и в конце концов ты расскажешь мне то, что я хочу знать. Почему бы тебе не избавить себя от боли и просто не сказать мне то, что я хочу знать сейчас?
В ответ он снова плюнул мне под ноги; на этот раз капля крови упала на кончик моего ботинка, и волна отвращения прокатилась по мне. Без предупреждения я отпрянул назад и врезал кулаком ему в лицо, вложив в удар весь свой гнев, ревность и все остальные гребаные чувства, бурлящие внутри меня.