Конечно, это было вскоре после того, как мы с Майлзом договорились о моем браке, и хотя я пыталась порвать с Оуэном, он отказался слушать и начал подталкивать меня к тому, чтобы я переспала с ним, чего я абсолютно не могла сделать, если не хотела опозорить свою семью.
Когда я настояла на том, что между нами все кончено, Оуэн разозлился и пригрозил все рассказать папе о нас. Он даже сказал, что собирается солгать Майлзу и сказать ему, что я потеряла девственность с Оуэном и что мы были влюблены. Я полагаю, что он получил свое наказание, когда получил пулю в голову после того, как доставил нас с Райли к похитителям.
Погрузившись в воспоминания о прошлом, я не понимала, где мы находимся, пока Майлз не повернул машину ко входу в мой дом и не остановился у ворот, чтобы поговорить с охранниками, стоявшими там. Как только они увидели, кто был в машине, они помахали Майлзу, пропуская его, и у меня скрутило живот, когда мы тронулись по подъездной дорожке.
Я не была готова встретиться с папой лицом к лицу.
Это было мягко сказано. Было бы лучше смириться с тем, что Майлз отвезет меня обратно в Холлоуз-Бей и скажет, что мне больше нельзя уезжать, чем иметь дело с папиным гневом.
Единственная причина, по которой я не проглотила свою гордость и не стала умолять Майлза развернуть машину, заключалась в том, что мой взгляд остановился на единственном человеке в мире, которого мне нужно было увидеть больше, чем кого-либо другого. Раф стоял рядом с папой, когда Майлз остановил машину, и на их лицах были одинаковые бесстрастные выражения.
— Раф! — воскликнула я, выскакивая из машины и бросаясь в объятия брата, жаждая его безопасности и тепла.
Он был не только моим близнецом, но и моим лучшим другом. С юных лет мы всегда были неразлучны, но наступи послезавтра, я уже не буду жить с ним под одной крышей.
— Ты в порядке? — он отстранился, чтобы посмотреть вниз, обеспокоенно нахмурив брови.
— Теперь да, — прошептала я, чувствуя, как комок подкатывает к горлу.
— Рафаэль, отведи сестру в ее комнату. Я хотел бы поговорить с мистером Вульфом наедине, — сказал папа холодным тоном.
Я встретилась с ним взглядом, слегка сглотнув от пылающей в них ярости. Может быть, это и к лучшему, что я выйду замуж меньше чем через два дня; одному Богу известно, каким было бы папино наказание.
Сжав свою руку в руке Рафа, я сделала несколько шагов, отчаянно желая остаться наедине со своим братом, когда остановилась и повернулась лицом к Майлзу, чувствуя необходимость сказать...что-нибудь. Но слова застряли у меня в горле, когда я заметила, что взгляд Майлза прикован к тому месту, где я сжимала руку Рафа, и его губы скривились от отвращения.
Странно. Это было почти так, как будто ему не нравилось видеть мою руку в руке Рафа.
— Думаю, скоро увидимся, — сказала я кротко, выдавливая из себя слова.
Его глаза поднялись, чтобы встретиться с моими, пока он пытался придать себе черты лица. Его единственным ответом был короткий кивок в мою сторону.
— Пойдем, Софи, — сказал Раф, беря меня за руку и уводя прочь.
Коридоры нашего дома были пустынны, когда Раф повел меня в мою спальню. Я не сомневалась, что домашняя прислуга бегала вокруг, как безголовые цыплята, готовясь к свадьбе, на подготовку к которой, как они думали, у них есть еще месяц.
У меня не было права голоса в том, где я буду выходить замуж; папа решил за меня. По нашей семейной традиции свадьба должна была проходить в доме семьи невесты, и в течение последних нескольких месяцев дом и территория постепенно претерпевали грандиозные преобразования к знаменательному дню.
Для меня это означало только то, что, куда бы я ни пошла, везде были постоянные напоминания о моей неминуемой гибели.
Как только мы оказались в моей спальне, Раф развернул меня и мягко подтолкнул к закрытой двери с выражением паники на лице. — Что произошло на самом деле?
— Что ты имеешь в виду, говоря «что произошло на самом деле»?
— Майлз сказал нам, что вы, ребята, были на свидании и попали в засаду. Он сказал, что Гас пытался вмешаться и в итоге получил пулю.
Я была почти уверена, что моя челюсть ударилась об пол. — Он... что?
— Да, Майлз был непреклонен в том, что именно так и произошло. Но папа на это не купился, особенно учитывая то, как вы двое вели себя на улице, как будто вам было невыносимо смотреть друг на друга.
Раф оттащил меня от двери и подвел к кровати, все еще сжимая мою руку, пока мы сидели вдвоем. Он выжидающе уставился на меня, но у меня не хватало слов, пока я пыталась осознать странный поворот событий. С какой стати Майлзу лгать моему отцу? Не для того, чтобы защищать меня, в этом я была уверена.