Вот тебе и весь мой день с Рафом. После его откровений на наших шеях висел тяжелый груз, когда мы прошли несколько миль по парку, остановившись в маленьком кафе, чтобы выпить кофе с пирожным, пока я рассказывала Рафу о том, чем занималась в центре.
Слишком скоро послеполуденное солнце начало опускаться за горизонт. Мы попрощались, Раф пообещал позвонить мне, как только вернется из Нью-Йорка, и наши глаза наполнились слезами, когда мы обнялись.
Знакомый укол одиночества проник в меня до мозга костей, когда меня везли домой. Какое-то время я не смогу поговорить с Рафом, и я сомневалась, что Майлз будет дома, чтобы составить мне компанию в ближайшее время.
По моей щеке скатилась слеза, когда отчаяние за себя и моего брата поглотило меня. Я быстро смахнула ее, чтобы мои охранники не стали свидетелями моего момента душевной боли, и когда я повернула голову, чтобы посмотреть в окно, я поняла, что мы вот-вот снова проедем мимо «Экзотики».
Только на этот раз снаружи образовалась очередь, и один из мужчин проверял документы, в то время как второй разговаривал с третьим мужчиной. Одного я узнала мгновенно.
Мой муж.
Когда машина проезжала мимо клуба, Майлз похлопал охранника по плечу, прежде чем войти в клуб, казалось, беззаботный на весь мир.
ГЛАВА 18
София
— Останови машину, — я схватилась за ручку дверцы и дернула ее, проклиная, когда она не открылась.
— Миссис Вульф, мы не можем...
— Останови эту гребаную машину! — закричала, убийственная ярость захлестнула меня.
Как он смеет.
Как он, блядь, смеет.
Машина с визгом остановилась, и после нескольких попыток открыть дверь Коннор нажал кнопку, и замки со щелчком открылись. Не раздумывая ни секунды, я вышла из машины и зашагала по улице ко входу в секс-клуб. Позади меня Коннор и Роб окликнули меня по имени, но я проигнорировала их, подпитываемая адреналином и гневом, бурлящими в моих венах.
Добравшись до охранников, когда красный туман застилал мне зрение, мне и в голову не пришло, что они меня не пропустят. Мускулистая рука опустилась на мое плечо, и дородный мужчина нахмурился. — Куда это ты собралась, дорогая?
— Убери от меня свою руку, — прорычала я. — И я иду туда, чтобы выяснить, какого черта задумал мой муж.
Он усмехнулся, приподняв брови. — Я могу рассказать тебе, чем там занимается твой муж.
Покровительственный придурок.
Я сомневалась, что это был первый раз, когда отвергнутая жена заявлялась и требовала, чтобы их пустили в клуб, чтобы поймать своих мужей-обманщиков на месте преступления. Этот засранец, вероятно, наслаждался этой частью своей работы.
Я сбросила с себя его руку, изо всех сил стараясь не поддаваться страху из-за того, как он возвышался надо мной. — Впусти меня.
— Не сегодня, принцесса.
— Миссис Вульф, вы не можете вот так сбежать, — сказал Роб, подходя ко мне сзади.
— Миссис Вульф? — лицо швейцара побледнело, и всякий намек на сарказм исчез из его тона.
Я не смогла сдержать торжествующей ухмылки, появившейся на моем лице. Спасибо, черт возьми, что у меня есть фамилия, которая обладает силой.
— Да. Миссис Вульф. Мой муж — тот человек, которого ты впустил. Так что будь куколкой и пропусти меня, — ответила я, одарив его слащавой улыбкой.
Он открыл рот, чтобы ответить, как раз в тот момент, когда его коллега похлопал его по плечу с каменным выражением лица, убирая телефон в карман. — Впусти ее.
Первый мускулистый мужчина посмотрел на другого так, словно у того выросла вторая голова, но, сделав, как ему сказали, отстегнул веревочный барьер и отступил в сторону. Несколько сбитая с толку, я переступила порог. Роб хотел последовать за мной, но был остановлен человеком, который рявкнул, чтобы меня пропустили. — Только не ты.
Двое мужчин уставились друг на друга, обменявшись непроницаемыми взглядами, прежде чем Роб сделал шаг назад.
Я не собиралась слоняться без дела, ожидая, пока они начнут спорить. У меня были дела поважнее, а именно поймать своего мужа со спущенными штанами.
Буквально.
Забытые чувства всколыхнулись, когда я прошла через фойе в главный зал. Интерьер совсем не изменился. Длинные темные стены были увешаны черно-белыми фотографиями мужчин и женщин в интимных позах, момент их удовольствия и экстаза был вовремя запечатлен на всеобщее обозрение.
Арка, освещенная мерцающими золотыми огнями, вела в сердце клуба, и, проходя под ней, я перенеслась в тот момент, когда столкнулась с Тео. Я быстро прогнала это воспоминание, оглядываясь в поисках коридора, ведущего в комнату для подглядывания, зная, что именно там я найду Майлза.