Несмотря на поздний вечер, в клубе было оживленно. Элегантно одетые мужчины и женщины заполнили места для сидения, разговаривая, смеясь и выпивая. Игнорируя любопытные взгляды, устремленные в мою сторону, я бросилась в сторону комнаты для подглядывания, нервное предвкушение бурлило у меня в животе.
Я не знала, как бы я отреагировала, если бы вошла туда и обнаружила, что Майлз трахает другую женщину. Я начинала понимать, что между нами никогда ничего не произойдет, но все равно было бы больно, если бы я застукала его по самые яйца в другой женщине.
Мои шаги замедлились, когда я приблизилась к двери, сомнение боролось с решимостью. Было еще не слишком поздно; я могла уйти и жить в блаженном неведении. Я могла бы пойти домой и притвориться, что не видела, как Майлз вошел в клуб и вонзил в меня невидимый нож.
Я могла бы.
Но я бы не стала.
Собрав все свое мужество, которым я обладала, я толкнула дверь и вошла. Звук женских стонов достиг моих ушей, и мои глаза обвели небольшую толпу, собравшуюся перед сценой. Некоторые сидели, другие стояли, загораживая мне обзор на того, за кем они наблюдали.
Единственным источником света в комнате был прожектор, направленный на того, кто был на сцене. Я осторожно подкралась вперед, обшаривая взглядом аудиторию, чтобы увидеть, был ли Майлз одним из них, мой пульс колотился, как басовый барабан.
Но его не было в толпе.
Мое сердце ушло в пятки, когда к глубоким стонам мужчины присоединились женские. Чем ближе я подходила к сцене, тем больший трепет охватывал меня, но я продолжала красться к сцене.
Когда в толпе освободилось место, я воспользовалась возможностью проскользнуть внутрь, меня затопило огромное облегчение при виде мужчины с блестящей черной кожей, у которого отсасывала член светловолосая женщина, стоявшая перед ним на коленях.
В тот момент, когда я поняла, что этот человек не Майлз, мне следовало сразу же развернуться и уйти. Но мои ноги были прикованы к полу, когда я наблюдала за парой, загипнотизированный тем, как качнулась голова женщины, когда он вонзил член в заднюю часть ее горла.
Сумев оторвать взгляд, я посмотрела слева направо, пораженная выражениями лиц людей в толпе, поскольку их внимание было приковано к сцене. Вернув к ним взгляд, я почувствовала, как жар разлился по моим щекам, а между ног начало пульсировать знакомое чувство желания.
Мужчина на сцене запрокинул голову, запустив одну руку в волосы женщины, его бедра двигались, заставляя себя глубже проникнуть в ее рот, и ее сдавленные стоны эхом разносились по темной комнате.
Поглощенная их игрой, я не замечала никого позади себя, пока руки не опустились мне на бедра, и меня не притянули обратно к твердой груди. Я замерла, пока аромат кожи не окутал меня, но даже тогда я не расслабилась.
— Ищешь меня, малолетка? Или пришла сюда понаблюдать за ними? — прошептал Майлз, его горячее дыхание коснулось раковины моего уха.
Весь вызов мгновенно покинул меня, смущение от того, что меня поймали, наполнило меня. — Я... я...
— Ты что? — пророкотал он, его ровный, глубокий голос поразил меня в самое сердце.
Я выдавила эти слова из-за смущения, сжимавшего мои легкие. — Я видела, как ты вошел сюда. Я подумала...
— Ты думала, что поймаешь меня на сцене? — он обвинил, и совершенно справедливо. Я сглотнула, но ничего не ответила. Одна из его рук переместилась с моего бедра, скользя вниз по внешней стороне бедра, пока не достигла подола юбки, чуть выше колена. — Ты думала, что найдешь меня там, наверху, с моим членом, воткнутым в чью-то глотку, хм?
Мой ответ застрял у меня в горле, но не от чувства вины, медленно пожирающего меня, а от того, как кончик его пальца легко скользил по моей коже, вызывая огненную дорожку, ведущую прямо к моей киске. Особенно когда образ, который он описал, материализовался в моем сознании, но он трахал не рот незнакомки, а мой.
Внезапно он перестал гладить и убрал руку. — Ты не могла просто довериться мне, не так ли?
Огонь погас в одно мгновение, снова сменившись неистовой яростью. Я развернулась, оказавшись с ним лицом к лицу. — Доверять тебе? Это здорово слышать от мужчины, который после нашей свадьбы каждую ночь ходит в секс-клуб.
Я не осознавала, насколько громко кричу, пока не почувствовала, что любопытные взгляды зрителей обратились к нам. Даже стоны прекратились. Майлз прищурился, глядя на меня, и внезапно схватил меня за руку, потащив через комнату к двери, когда снова раздались стоны удовольствия.