Ярость сверкнула в его глазах, когда он потащил меня обратно в свой кабинет, несмотря на мою попытку вырваться. — Нет, ты не собираешься.
Я выдернула свою руку из его хватки, когда он втолкнул меня обратно в офис, раскаленная добела ярость, какой я никогда раньше не чувствовала, пульсировала в моих венах. Он снова захлопнул дверь, на этот раз заперев ее, и встал напротив, чтобы помешать мне даже попытаться отпереть ее.
Не в силах контролировать свой гнев, я сократила небольшое пространство между нами, мои груди прижались к его твердой груди, а губы скривились в усмешке. — Я сказала тебе, что покончила с этим. Я не собираюсь тратить больше ни минуты своей жизни с кем-то, кто не способен на чувства.
Его ноздри раздулись, но тон был на удивление спокоен. — Неспособен чувствовать? Ты так думаешь, малолетка?
— Да, это именно то, что я думаю, — прошипела я, зная, что нажимаю на его кнопки, но не в силах остановиться.
— Ты не можешь быть более неправой.
Я фыркнула. — О, правда? Ты мог бы меня одурачить. Но, неважно. Мне насрать. С меня хватит. А теперь выпусти меня к чертовой матери, чтобы я могла пойти и найти кого-нибудь, кто не побоится показать мне, что он чувствует.
— Ты этого хочешь? — прорычал он низко и смертоносно. — Ты хочешь пойти и найти какого-нибудь случайного чувака, который трахнет тебя у всех на глазах?
— Угу. Я хочу найти кого-нибудь, кто способен чувствовать. Кто-то, кто обхватит руками все мое тело и трахнет меня так сильно, что я не смогу ходить целыми днями, не думая об их члене внутри меня.
Мне должно было быть стыдно за то, что я насмехалась над ним, особенно когда он так сильно сжал челюсти, что я была уверена, что услышала скрежет зубов, но я не могла сдержать рвущиеся из меня слова.
Шагнув в сторону, я подняла руку, пытаясь дотянуться до замка, но прежде чем я смогла понять, что происходит, меня снова прижали спиной к двери, и Майлз навис надо мной, крепко сжав мой подбородок.
— Ты никуда не пойдешь, малолетка. Ты, черт возьми, принадлежишь мне.
А потом его губы накрыли мои.
Мое сердце забилось с невероятной скоростью, когда он яростно поцеловал меня, его зубы впились в мою нижнюю губу, заставляя меня вздрогнуть и открыть рот. Как только это произошло, его язык скользнул внутрь, встречаясь с моим, когда наши зубы лязгнули.
Он отпустил мой подбородок, его руки переместились, чтобы обхватить мои бедра, и он уперся своим членом в мой живот, вызвав у меня жаждущий стон. Как я и хотела, я запустила пальцы в его волосы, сжимая пряди, когда наш поцелуй стал неистовым.
Меня целовали и раньше, но никогда так не целовали, как Майлз. Это было грубо. Страстно. В отчаянии. Так же, как он поступил со мной, я впилась зубами в его губу.
— Черт, — прошипел он, отрывая свой рот от моего.
Не дав мне возможности отдышаться, Майлз оттащил меня от двери и потащил к своему столу. Мои ноги задрожали, по всему телу побежали мурашки, а мой клитор начал пульсировать сам по себе. Он схватил меня за бедра, чтобы поднять к себе на стол, раздвигая мои ноги, чтобы он мог встать между ними.
Он крепко сжал рукой мое горло, в его глазах все еще горела ярость, теперь смешанная с похотью. — Это то, чего ты хочешь? Ты хочешь, чтобы тебя трахнули на этом столе?
Провоцировать его — последнее, что могло прийти мне в голову, но я знала, что в любую секунду он снова превратится в статую, в которую всегда превращался, когда подходил ко мне слишком близко.
— Да, хочу. Не возражаешь, если я пойду поищу кого-нибудь в клубе, кто сможет это сделать? Я видела там парня, который был довольно сексуальным.
— Ты играешь в опасную игру, малолетка. Зайди слишком далеко, и пути назад не будет, — прорычал он, его рот навис над моим.
На самую короткую секунду я замерла. Хотела ли я этого? Это был простой ответ. Да, я хотела этого. Я хотела этого для себя.
Мне нужн был Майлз. Я всегда хотела его, даже если это чувство не было взаимным.
Изображая уверенность, которой я не чувствовала, я наклонилась вперед и провела языком по его губе. — Докажи это.
Я видела момент, когда это произошло. В тот момент, когда его решимость лопнула, и даже сотня вооруженных людей, ворвавшихся в офис и угрожавших застрелить его, не смогли бы сдержать его.
Его глаза потемнели, когда он подтянул меня за бедра к краю стола и задрал юбку. Треск разрываемой ткани эхом разнесся по офису, когда Майлз сорвал с меня трусики, обнажив мою киску.
Положив одну руку мне на бедро, а другой расстегнув штаны, он высвободил свой член из оков. У меня пересохло в горле, когда я оценила не только его размеры, но и блеск толстого серебряного кольца на его макушке.