По какой-то причине Майлз не стал протестовать против папиного требования и согласился, что мы будем там. Излишне говорить, что я не была вне себя от радости, увидев папу, и еще меньше меня взволновала встреча лицом к лицу с Ванессой Кинг.
Тем не менее, Майлз пообещал, что, как только ужин закончится, мы отправимся в клуб, так что, по крайней мере, мне было чего ждать с нетерпением.
Мое колено нервно подрагивало, когда Майлз вез нас через границу в Форест-Пойнт в сопровождении нашей обычной свиты охраны. Я не осознавала, что царапаю кожу вокруг ногтей, пока Майлз не протянул руку и не сжал мою ладонь в своей, положив ее мне на колено и не давая ей подпрыгивать.
— Ты нервничаешь из-за ужина или похода в клуб? — спросил он, бросив на меня обеспокоенный взгляд.
— Я не нервничаю из-за клуба, я не могу дождаться. Я просто хотела бы, чтобы нам не нужно было сначала идти ужинать, — мрачно ответила я.
Он сжал мою руку. — Я не позволю твоему отцу портить тебе настроение, малолетка. Все будет не так, как раньше, теперь я за тебя.
Я благодарно улыбнулась ему, когда теплое, неясное чувство пробежало по мне. Раф так долго был единственным человеком на моей стороне, но даже тогда его руки были связаны. Мне было приятно, когда Майлз был рядом.
— А что, если он спросит о...ну, ты знаешь, о том, беременна ли я?
— Я разберусь с этим. Я уже говорил ему раньше, что наша сексуальная жизнь, черт возьми, не имеет к нему отношение.
Я ответила не сразу. Мне хотелось верить, что я смогу избежать допроса со стороны папы, но я знала, что он найдет способ допросить меня вдали от Майлза.
— Дело не только в этом, — сказала я, озвучивая другую причину своего беспокойства. — Я не горю желанием знакомиться с Ванессой.
Майлз бросил на меня сочувственный взгляд, прежде чем снова уставиться на дорогу. — Она племянница человека, который убил твою маму, верно?
— Да, — меня захлестнула волна печали. — Как папа мог согласиться на то, чтобы Раф женился на члене семьи, которая забрала у нас маму? Я бы никогда не простила ему этого.
— Тебе что-нибудь известно о том, что произошло? В преддверии смерти твоей мамы, я имею в виду, — сказал он, задумчиво сдвинув брови.
Я вздохнула. — Не совсем. Папа никогда не любил говорить об этом. Все, что я знаю, это то, что когда-то он вел дела с Рейганом и Роуэном Кинг, отцом и дядей Ванессы, но что-то пошло не так, и их пути разошлись. Многие люди передали свой бизнес папе, и Кинги разозлились, потому что у них начались финансовые проблемы. Они хотели отомстить папе, поэтому Роуэн похитил маму и убил ее. В ответ папа убил Роуэна.
У меня защемило сердце, когда я вспомнила ту единственную информацию, которая у меня была о смерти мамы. У меня было так много вопросов, но папа отказался отвечать на них. Я давно смирилась с тем, что больше никогда ничего не узнаю, и, чтобы найти утешение в ее смерти, я сказала себе, что она умерла быстро и не страдала. Я могла только надеяться, что это правда.
Майлз снова сжал мою руку. — Возможно, детей не следует винить за проступки их родителей.
Его слова поставили меня в тупик, потому что он был прав. Когда-то давным-давно наши прадеды убили членов семей друг друга. И все же мы были здесь, женаты и строили что-то невероятное. Я была несправедлива к Ванессе; она не имела отношения к смерти мамы, возможно, мне нужно было дать ей шанс.
И кто знает. Может быть, Раф найдет свое счастье с ней.
Остаток пути мы провели в уютном молчании, и мое беспокойство становилось все сильнее по мере того, как мы подъезжали к моему старому дому. Я уже забыла, что чувствую, находясь рядом с папой, и уже не могла дождаться окончания ужина, только бы убраться от него подальше.
Подъехав к воротам дома, охранники, стоявшие у входа, пропустили нас, не проверяя нашу машину, как они поступили бы с любыми другими гостями. Чего нельзя было сказать о нашей свите; как и в тот единственный раз, когда они последовали за нами к моему старому дому, их не пустили на территорию.
Мое сердце забилось сильнее, когда мы покатили по бесконечной подъездной аллее, а когда показался дом с папой, ожидающим у входной двери и смотрящим на часы, мне захотелось блевать от того, что мои нервы были на пределе.
— Ты в порядке, малолетка. Я здесь, с тобой, — сказал Майлз, останавливая машину.
Мы вдвоем вышли из машины, и через мгновение он оказался рядом со мной, взял меня за руку и сжал ее в своей. Взгляд папы опустился на наши руки, когда мы прошли несколько шагов до того места, где он ждал, прежде чем улыбка растянулась на его губах.