Да уж, мне ли не знать.
Лоренс провел меня к креслам-качалкам, которые шеренгой стоят напротив окон семейной столовой, уставленных горшками с геранью. Красные герани; желтые качалки. Я не раз их снимала.
— Прости, пришлось вытащить тебя оттуда, — сказал Лоренс. — Кое-что случилось. Целых две вещи. Я кое-что нашел и кое-кого видел.
Руки у него дрожали.
Я хотела было сесть, но он остановил меня.
— Нет. Не садись. Ты должна пойти со мной и кое-что подтвердить.
— Что подтвердить?
— Ну… Пожалуйста, не падай в обморок, ничего не говори и не думай, что я спятил.
Такой возможности я не получила.
— Я нашел тело Колдера Маддокса.
Ноги у меня стали как ватные. Я едва не упала.
— Что-о?
— Оно до сих пор здесь.
Ох, подумала я, ситуация становится хуже и хуже. А Лоренс продолжал:
— В холле находится кое-кто, кого тебе надо увидеть. Я ждала — нехотя, но покорно.
— Колдеров шофер вернулся, Ванесса. А с ним кое-кто еще.
Внезапно я догадалась, кого он имеет в виду.
— Жена Колдера?
— Да.
— О, Господи.
— Она в холле. И спрашивает про… Я опять догадалась.
— Про Лили Портер. Лоренс кивнул.
— Жена приехала повидать любовницу. Черт.
Я села.
На сей раз Лоренс не мог и не стал меня останавливать.
Я оглянулась на бар. Мег по-прежнему изучала мои фотографии. Как же быть? Мне хотелось вызвать ее оттуда, но как? Что бы я ни сказала, наверняка будет для доктора Чилкотта подсказкой. Так что придется оставить Мег там, вместе со снимками. И молиться.
93. Чего я хотела — защитить миссис Маддокс от Лили Портер или Лили Портер от миссис Маддокс? Сидя в безопасности своей качалки, я думала, что это вряд ли имеет значение. Лоренс сказал, что тело Колдера до сих пор здесь. И если кто сейчас нуждается в защите, так это наверняка я. На миг мой рассудок парализовало.
Видения, мелькавшие перед глазами под влиянием услышанного, были одно диковинней другого. Таинственная блондинка нападает на майамскую знаменитость над телом брошенного мужа! И наоборот: Майамская знаменитость нападает на таинственную блондинку над телом восьмидесятилетнего любовника! Не знаю, откуда я взяла или почему решила, что миссис Маддокс непременно должна быть блондинкой, — но душевное состояние, порождающее сценарии, полные восьмидесятилетних любовников и знаменитостей, запрограммированных на нападение, едва ли можно корить за банальность фантазии.
Следующая реплика Лоренса оказалась довольно-таки неожиданной.
— Ты приняла пилюлю? — спросил он.
— Да, — ответила я, — и больше мне нельзя. В смысле, пилюль. — Посмотрела на него и попыталась улыбнуться. — Я что, так плохо выгляжу?
— В общем, да. Бледная очень.
Слишком много всего происходило. Вот и всё. Мыслями я по-прежнему была в баре, с Мег, но тело мое находилось на Выступе, с Лоренсом. И я не могла понять, что происходит на самом деле.
— Совершенно не представляю себе, что нам делать, — сказала я. — Совершенно не представляю. Ты уверен, что мы правы, Лоренс? Ну, то есть вдруг мы ошибаемся? Может, еще интереснее, если мы ошибаемся, разве нет?
— Не знаю, что ты имеешь в виду под «ошибаемся», — сказал он.
— Ну, — я кивнула через плечо, на гостиницу, — эта женщина в холле, про которую ты думаешь, что она миссис Маддокс, может, она просто приехала опознать тело. Может, она просто…
— Ее привез шофер, Ванесса.
— Ну и что? Разве он не ее шофер? Семья и все такое прочее…
— Сама подумай, что ты говоришь.
— Не хочу я думать, что я говорю. Я вообще ничего не хочу.
— По телефону ты сказала, что у тебя есть фотография колдеровского шофера.
— Совершенно верно.
— Где и когда ты ее сделала?
— Вчера, на пляже, — уже спокойно ответила я. — Конечно, ты прав. Когда шофер уходил, Колдер Маддокс был жив.
— А значит?
— Что «а значит»?
— А значит, какой напрашивается вывод? Твое заключение?
Я встала.
— Я уже говорила и повторю еще раз. Мне не хочется играть в сыщиков, Лоренс. Не хочется. Хватит с меня. Ненавижу я это.
Мимо нас прошли генерал-майор Уэлч и его жена.
— Добрый день, доктор! Добрый день, Ванесса!
— Добрый день, — прошептала я.
Лоренс невольно прыснул.
— Не смей надо мной смеяться. Я говорю серьезно.
Он подождал, пока Уэлчи покинут террасу, потом сказал:
— Ладно, Ванесса. Я смеялся над твоим «добрый день». Скажи, какой вывод у тебя напрашивается.
— Очень простой. На снимке шофер оглядывается через плечо на Колдера. Очевидно, тот давал ему какие-то инструкции… И теперь, — я бросила взгляд назад, в сторону холла, — как будто бы ясно, что шоферу было велено съездить в Бостон, в укрытие миссис Маддокс, и привезти ее нынче утром сюда. Пока он был в отъезде, Колдер Маддокс умер. Следовательно, ввиду того, что никто здесь понятия не имел ни куда подевался шофер, ни как связаться с миссис Маддокс, они прибыли сюда, ничегошеньки не зная о случившемся. Принимая во внимание эти факты, можно объяснить, почему ни в одной газете не было сообщений о смерти Колдера. Они ждали, пока будут проинформированы близкие родственники. — Я прошла в дальний конец Выступа, прислонилась спиной к перилам, скрестила руки на груди и взглянула на Лоренса. — Вот так Ты это хотел услышать?