Мужчина проводит большим пальцем по моей щеке, и я хочу отшатнуться, но стена за моей спиной не позволяет мне сделать этого. Я упираюсь затылком в стену, даря себе воображаемое расстояние между нами.
-Что ты творишь?! – шиплю я стараясь подавить истерику которая вот-вот прорвется. Мои губы дрожат, и я закусываю нежную губу, что бы ни выдать своего состояния. Мужчина расценивает это по-другому.
Его рот расплывается в улыбке, и он облизывает свои губы. Мне страшно. Ужасно страшно, но я все еще пытаюсь держаться. Мужчина наклоняется ко мне так близко, что я чувствую его дыхание на своих губах. Меня тошнит. С моих губ срывается всхлип и Фредди отстраняется.
-Тссс, - мужчина прикладывает указательный палец к губам. – Я просто хочу поговорить. – его взгляд безумен.
-Пусти. – я пытаюсь оттолкнуть его от себя, но мужчина крепко удерживает меня. На глаза наворачиваются слезы, и я буквально молюсь о помощи, но в коридоре тихо.
-Моя милая Бекс, совсем скоро ты поймешь, что мы должны быть вместе. Ты ведь знаешь, я так тебя люблю – мне противно, ужасно противно. Мне хочется расцарапать ему все лицо, но его руки крепко держат меня.
-Ты долбанный псих, отпусти меня! – кричу я на что Фредди только улыбается. По моим щекам стекают слезы, и я не могу сдержать истерики. Мое тело сотрясает дрожь.
-Все будет хорошо. Все будет хорошо. – мужчина гладит меня по волосам от чего я начинаю вырываться еще сильнее.
-Томас прекрати! – кричу я, и мы оба замираем.
Я замираю от того насколько эта фраза привычно вырвалась из меня, от неожиданности. Слезы текут по моим щекам, оставляя соленые дорожки, в то время когда губы мужчины расплываются в довольной улыбке.
-Томас. – эхом повторяет он и его хватка слабеет.
Воспользовавшись его растерянностью, я отталкиваю его от себя и бегу что есть силы к себе в комнату. Закрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней спиной. Мое сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Мне чудиться, будто я слышу шаги за дверь, но там тихо. Осматриваю комнату на предмет того чем ее можно запереть, но ничего не находится. Почему в платной комнате нет замков?!
Я не могу оставаться тут. Просто не могу. Вдруг он придет. Мне ужасно страшно и под рукой нет телефона, что бы рассказать об этом отцу. Хотя, придет ли он? Еще раз прислушиваюсь к звукам в коридоре и когда понимаю что там все тихо выхожу. Стучусь в соседнею дверь и не дождавшись ответа открываю ее. Саманта закрывает учебник и встает с кровати. Я не рассказываю ей ничего. Говорю лишь половину правды. Мне страшно ночевать одной и можно ли я сегодня останусь у нее. Девушка на мое счастье охотно соглашается. Надеюсь, он не сунется сюда, пока здесь есть кто-нибудь еще.
На ужин я естественно не иду. Саманта приносит мне йогурт и бутерброд, который стащила из столовой. Благодарю девушку за ужин, и мы вместе идем до моей комнаты, взять подушку и одеяло. Мы не зажигаем свет, а лишь оставляет дверь открытой. В комнате темно и мне кажется, здесь был Фредди. Мне чудится, будто фотография на комоде стоит не так, а мишка и вовсе перевернут. Быть может это плод моего воображения или просто темнота искажает действительность.
Мы устраиваемся на кровати Саманты и долго беседуем не о чем. На удивление, не смотря от пережитого на сегодняшний день, я засыпаю быстро. К моему счастью сегодня мне не снятся кошмары. Я сплю без сновидений.
А на утро, когда мы были в столовой с Самантой на завтраке, мы узнали, что Чарли умер. Тот с кем еще вчера я играла в шахматы и тот, кто мне был дорог в прошлом, умер.
Глава 11
Мы сидели за столом уплетая завтрак. Точнее уплетала Сэм, а я просто ковырялась в своей тарелке.
-Какой ужас…. – две медсестры выбирали еду. До нас доносилось лишь отрывки их разговора.
-…. он был тут лет пятнадцать, замечательно играл в шахматы. – я замираю с ложкой у губ.
-Так жалко, сегодня должна приехать его дочь, что бы забрать тело. – я срываюсь с места.
Мне все равно, что все кто в столовой смотрят на меня, как я переворачиваю стул и бегу к выходу. Все равно на их взгляды и все равно, что они обо мне подумают. Пожалуйста, пусть это будет неправдой.
Сердце бешено колотится в груди, когда я бегу по коридорам. Пожалуйста, пусть я ошибаюсь, пусть я просто ошибаюсь! Пробегаю мимо медсестры с кучей полотенец, чуть не сбив ее с ног. Она кричит мне в спину о правилах поведения, но я ее не слышу. Глаза застилают слезы, отчего разбирать дорогу становится труднее. Мое сердце вот-вот выпрыгнет из груди, а левый бок колет от быстрого бега. Но даже эта тупая боль не позволяет мне выкинуть из головы обрывки разговора. Пожалуйста, Чарли, пусть с тобой все будет хорошо.