Брат уходит выполнять указ мамы, а я прохожу в столовую. На большой деревянном столе накрыт целый пир. Приятный аромат витает в воздухе, и я чувствую, как мой желудок отзывается урчанием. Да, сегодня мы ничего еще не ели. Вот почему я скучала, так это по маминой готовке.
-Вкусно пахнет. – прислоняюсь плечом к косяку наблюдая за тем как мама щепетильно раскладывает столовые приборы. В столовой потрескивают паленья в камине, что еще больше придет комнате именно домашней обстановки.
Над камином висит наш семейный большой портрет. Шторы с артаментом из золотистой нити делает комнату уютной. Цветы в больших горшках, резные стулья, бордовая скатерть и излюбленные мамины часы которые она приобрела на каком-то аукционе. Жутко дорогие и старинные. Раньше они отбивали каждый час, но со временем видимо сломался механизм, сейчас они молчали.
-Спасибо милая, не могла бы ты позвать отца? Он в своем кабинете. – маме не отрывается от своего занятия поправляя тарелки. Все должно быть идеально, в этом она вся.
-Конечно. – я пожимаю плечами и направляюсь в отцовский кабинет.
Дверь из красного дерева, верно охраняла отцовский маленький мирок. Отец любил засиживаться в нем допоздна работая над документами попутно пропуская бокал дорогого бурбона. Стучусь в дверь и, не дожидаясь ответа, захожу в кабинет.
Отец сидит за столом, пролистывая какие-то документы. Я помню, как он привез этот стол домой. Мистер Кэсл нашел его на очередном аукционе. Стол был весьма потрепан, но отец упорно уверял маму, что за ним стоит целая история. Они с Беном долго трудились над ним в гараже. Шлифовали, полировали, исправляли мелкие недостатки. После они покрыли его лаком, и он долго сушился у них в гараже.
Когда работа была закончена, они перенесли его в кабинет. Отец любит этот стол. А Бен гордиться тем, что именно он помог отцу восстановить его. Папа часто говорил тогда что не обязательно покупать что-то новое, когда можно отремонтировать старое. Они с мамой настоящие ценители антиквариата, в то время как прошла я любила покупать новое. Увидев меня, отец откладывает свои бумаги и устало потирает глаза.
-Мама просила тебя позвать к столу. – я осматриваю его большой книжный шкаф и к своему удивлению нахожу там книги которые он читал нам когда мы были маленькими. Я думала, он оставил их в старом доме.
-Да, я сейчас приду. – кивает отец наблюдая за мной.
Я прохожусь вдоль шкафа, проводя пальцами по корешкам книг. Шкаф большой, во всю длину стены. Сколько же тут книг. Большинство из них мне кажутся знакомыми, будто я читала их прежде.
-Пап, - начинаю я останавливаюсь рядом с ним. – Я ведь была в Янтарной лисице прежде?
На лице отца дергается жилка, но он быстро берет себя в руки. Родитель откидывается на спинку кресла. В его глазах проскальзывает такая боль, что мне хочется обнять его и утешить, но я остаюсь на своем месте.
-С чего ты так решила? – глава семьи Кэсл надевает маску равнодушия, но я вижу, как она трещит по швам и он пытается удержать ее из последних сил.
-Я видела свою медицинскую карточку, и Чарли… - я не вру отцу, смысл утаивать это если только он может дать мне ответы на мои вопросы.
-Ох, бедный Чарли. – перебивает меня отец а потом смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Да папочка, только что вы подтвердили мои слова. Я действительно раньше была в этом пансионате.
-Я была на его похоронах. Мы были с ним близки, когда я была там… в первый раз. – воспоминания о шахматисте больно сдавливают сердце и мне становится тяжело дышать. Пройдет ли когда-нибудь эта боль?
-Мне жаль. – отец и вправду кажется подавленным. В кабинете повисла тяжелая тишина, которая была осязаема. – Да, ты была там раньше. – сдается отец.
-Почему? – я обнимаю себя за плечи, будто пытаюсь удержать свой мир, который вот-вот снова может разлететься на миллион осколков.
-Тебе было плохо, после смерти сестры. – слова кажутся заученными, или он будто знал что ему придется отвечать на этот вопрос и заранее придумал ответ. Его слова сквозят ложью, которой он хочет меня напичкать. Улыбаюсь отцу, делая вид, что принимаю его ответ.
-Почему вы не рассказывали мне об этом раньше?
-Котенок, мы еще вернемся к этому разговору. Твоя мать не любит когда ее еда остывает. – он встает из-за стола и обнимая меня за плечи ведет к двери.
Закатывать истерику, смысла нет. Хочет отец этого или нет, но я докопаюсь до правды.
Отец закрывает дверь, и мы идем в сторону столовой. Достою телефон и читаю новое сообщение от Адриана.
«Как насчет ужина завтра? Мою проблемную пациентку выписали, и у меня стало куча свободного времени».