-С чего бы начать. – мужчина задумчиво потирает подбородок наслаждаясь моей беспомощностью. – Пожалуй нужно начать с того что мой старший брат всегда был любимчиком в нашей семье. В то время когда я был всего лишь обузой. – Фредди, или Томас как его теперь называть, замолкает. – Родители его просто обожали. Он был популярен у девушек, звезда школы и тот, кто подавал большие надежды. Отец просто гордился им. А что я? Я всегда был в стороне.
Он никогда прежде не рассказывал о своем брате, когда они переехали к нам в город перед началом учебного года, никакого брата не было. Плод ли это его больного воображения или он действительно был?
Я прерывисто дышу, бросая взгляд на пистолет. Только усыпить бдительность и достать до него. Я убью его, убью.
-Бесконечные больницы, переезды и проблемы с законом. Отец каждый раз выкладывал за меня круглю сумму денег, но так, ни разу и не удосужился спросить чего, же мне не хватает. – мне так много хочется высказать ему, но я молчу. Сжимая и разжимая кулаки, я молчу, мне просто нужно усыпить его бдительность. – А потом с очередным переездом я встретил тебя. Такую хрупкую, невинную, но в то же время такую серьезную. Ты так любила свою семью, как и они тебя, что невольно это вызывало во мне завить. Наверное, я влюбился. Нет, я точно влюбился. – мужчина берет мой подбородок и заставляет посмотреть на себя. Его глаза словно сталь, опасная, смертельная сталь. В них нет заботы, любви о которой он говорит. В них только злость. – А потом ты предала меня. И даже когда мы встретились спустя столько лет, ты не узнала меня. Ты ранила меня в самое сердце Бекс. – он качает головой и отпускает мой подбородок, но я не отворачиваюсь. – Мне пришлось убить, сделать, так что бы Айду перевили в другое крыло. Я так старался ради нас, но ты выбрала этого недалекого психотерапевта.
Я делаю пару глубоких вдохов, а потом заставляю себя выдавить улыбку. Нужно просто хорошо сыграть свою роль, я не могу проиграть. Однажды я это уже сделала, сейчас у меня нет права на ошибку.
-А как мне нужно было реагировать в пансионате? Я увидела тебя с Айдой, какого мне, думаешь было? – я заставляю свое сердце замедлиться. Заставляю себя выдавить самую непринужденную улыбку. Я заставляю себя погладить его по щеке, и пускай в тот момент к горлу подкатил тошнотворный ком, и мой желудок вот-вот может исторгнуть желчь.
-Я так и думал, я знал, что ты не забыла меня. Ты затеяла все это, что бы врачи поверили и отпустили тебя? – он заправляет, мои волосы за уши и подвигается ближе.
-Конечно. Ты же знаешь мне, всегда нравились плохие мальчики, разве мне мог понравиться такой как Адриан? – губы Томаса расплываются в довольной улыбке.
Я наклоняюсь к нему, сокращая расстояние между нами и целую. Плевать, что меня вот-вот вырвет, плевать, что все внутри меня разрывается от страха, но я должна это сделать. Мужичина охотно отвечает на мой поцелуй. Он имеет привкус сигарет и лосьона для бритья, совсем как в прошлый раз. Он целует жестко, напористо, по-собственнически. Кусая губы до крови и боли, он наслаждается своей победой. Я упираюсь ему в плечи, толкая на спину. Мужчина послушно укладывается на диван. Его рука скользит по моему бедру.
Все внутри меня клокочет от страха и паники, но я продолжаю играть игру. Я позволяю его руке пробраться под футболку, как позволяю его языку изучать мой рот. Я сижу сверху мужчины чувствую степень его возбуждения, и от горьких воспоминаний по моему телу пробегает дрожь, но я не останавливаюсь. Я продолжаю целовать мужчину, в то время пока моя рука нащупывает пистолет.
Холодное оружие уверенно ложиться в руку, и я резко отстраняюсь от Томаса, наводя на него дуло. Он пару раз удивленно моргает, а потом его лицо искажается от злости.
-Одно движение и я всажу пулю тебе в голову. – шиплю я вставая с него. Мужчина не двигается. Его взгляд не предвещает мне ничего хорошего, но как говориться: удача у того, кто держит пистолет.
Я отхожу от дивана, пятясь спиной в сторону подвала, в то время пока мужчина следит за мной своим цепким взглядом.
-Ты делаешь большую ошибку. – растягивает слова Томас садясь на диване.
-Освободи моего отца. – дуло пистолета все еще нацелено на мужчину. Может именно поэтому он подчиняется безоговорочно.
Томас встает с дивана и медленно, даже можно сказать ваяжно, идет к двери подвала. Я следую за ним, целясь смертельным оружием ему в спину. Мои руки вспотели от страха и пистолет вот-вот выскользнет. Я уверенно перехватываю его, продолжая следить за мужчиной. Он идет впереди меня, починяясь.
Я буквально чувствую, как воздух между нами накаляется, а стрелки замедляют свой ход. Страшно, слишком страшно.