Позади Бедивера все еще бушевала яростная битва. Один из мертвых приспешников черного колдуна, отвлекшись от трапезы, отбросил тело поверженного воина в сторону и заковылял на помощь своему господину, повинуясь жесту хозяина. Кислотные глаза начали расширяться, но не некромант не успел взять под контроль свою пешку. Юный защитник Логреса двумя отработанными взмахами оставил зомби без рук, а третьим ударом обезглавил нежить, отправив голову в полет, которая, сделав несколько оборотов в воздухе, упала у ног темного колдуна.
Чернокнижник, испугавшись, отступил назад, взглядом ища нежить, которую можно бросить на наглеца, что сумел подойти так близко. Бедивер выпрямился во весь рост. На фоне пляшущих огней поля битвы он выглядел зловеще, словно тень, сошедшая со стены. Поняв безысходность своего положения, некромант выпростал в сторону правую руку и, отрывисто произнося слова заклинания, выпустил в рыцаря горизонтальную дугу черных кристаллов. Лишь пара мгновений отделяла Бедивера от порождения темной магии. Не хватало времени, чтобы уклониться или спрятаться, поэтому Бедивер, собрав все мужество в кулак, встал боком к остроконечному образованию, положил оба клинка себе на плечо, и стал медленно приближаться к колдуну.
Броня всех солдат Логреса была освящена в церквях, поэтому выдержать прямое столкновение с магией тьмы было вполне реально. Когда черная волна прошла через Бедивера, тот почувствовал боль. Сильную боль, словно черные конусы внутри его тела разбились на мириады иголок и осколков, впиваясь в мышцы и внутренности, но также он почувствовал, что все еще может двигаться, а большего ему и не требовалось. Сердце, казалось, пропустило удар. Кровь пошла носом, несколько густых капель упали на кладбищенскую землю, а правый глаз стал заплывать от слез, но такие мелочи не могли удержать воина, которого переполнял праведный гнев.
После пары шагов он оказался перед колдуном, который беспомощно выставил руки перед собой. Далее последовал резкий скачок вперед, короткий вскрик в сумерках, и тело негодяя обмякло. Меч рыцаря Логреса вышел из спины нечестивца, пронзив сердце. В этот же момент все скелеты, зомби и состряпанная жрецами смерти нежить попадали наземь, лишившись контроля.
Когда рыцари изучили место схватки, то выяснилось, что колдун использовал заклинания поиска на этих древних сооружениях. Что именно искали приспешники темных сил, оставалось загадкой.
А уже утром, в свете рассветных лучей солнца, в первом же селении, где Бедивер смог вдоволь напиться воды и умыться, у колодца, в водном отражении он заметил, что его волосы стали белее снега, от корней и до самых кончиков. Рыцарь поседел за одну ночь, но такой ночи не пожелал бы даже врагу.
***
— Вот так я и поседел, Горвенал! И, если я удовлетворил твое любопытство, то смею предложить: надо ложиться! Завтра трудный и опасный день!
— Да, сэр Бедивер! Благодарю вас за рассказ! Доброй ночи!
— Доброй ночи!
Они разошлись по своим комнатам. Бедивер уснул практически сразу. Вероятно, раньше бы он ворочался и переживал, но теперь его сознание было свободным от пустых переживаний. Чувство тревоги перед боем притупилось после множества сражений. И, спустя совсем немного времени, рыцаря накрыл безмятежный сон.
***
Он лежал в тени зеленого дуба на мягком ковре. Листва приятно и успокаивающе шумела, когда легкие и редкие порывы ветра врывались под крону дерева. В глаза бил яркий алый свет закатного солнца. Было сложно разглядеть что-то. Четверть кроваво-красного диска уже скрылась за выплавленным янтарем горизонтом. Мимо проходили, а скорее, проплывали какие-то сгорбленные фигуры. Бедивер мог слышать их стенания, неразборчивое бормотание и всхлипывания.
Сузив глаза и инстинктивно прикрывшись рукой, рыцарь разглядел скорбную вереницу. Это были короли, королевы, бароны и знатные рыцари в дорогих доспехах. Все они падали ниц и, причитая, что-то оставляли на алом ковре. Судя по смиренным позам, опушенным глазам и трясущимся рукам, они боязливо о чем-то просили или умоляли, а затем удалялись, растирая по лицу счастливые слезы, и растворялись в нечеткой, красноватой дымке. Но склонялись они не перед Бедивером. Прислушавшись, сэр Бедивер сумел разобрать, как с нотками подобострастия, страха и сладкой лести эти люди обращались к кому-то в тени низкой, широкой, дубовой ветви, похожей на опахало. И этот кто-то был совсем рядом, буквально в нескольких шагах. Привыкнув к раздражающему свету, Бедивер скосил свой взгляд в сторону.