— Ты? Не Гайд?
— Я старше и была рукоположена раньше. У нас свои правила.
— Ясно.
— Повторю свой вопрос, — терпеливо продолжила Осень. — На какое количество лечебных зарядов мы можем рассчитывать?
— Два, — ответил я, наблюдая за лицом Осень. — Два, каждые два с половиной часа.
— Они постоянно обновляются сами собой? Не сталкивалась с таким. Значит будет несложно противостоять воздействию Пустот. Это хорошая новость.
О плохих я пока рассказывать не буду. Так то идти нам сильно дальше, чем думают плакальщики.
Впереди между деревьев мы увидели пятерых райдохор. Один меченосец и четверо из гарнизона крепости. Они стояли над небольшим оврагом, смотря вниз.
— Госпожа Осень! — крикнул один из райдохор.
Судя по голосу женщина, хотя внешне довольно мужеподобная. Ростом и весом она ненамного мне уступала, а я по местным меркам был здоровяком. Короткая стрижка, на лице несколько шрамов.
Мы ускорили шаг, а райдохор помахала нам рукой в латной перчатке.
— Что тут у вас, Герма? — деловито спросила Осень.
— Сами посмотрите, госпожа, — хриповатым голосом ответила райдохор. — Никогда такого не видели. Следы появились вчера после утренней бури, затем мы нашли трупы животных около крепости, а теперь это.
— Хорошо. Сейчас посмотрю.
Райдохор у овражка расступились, пропуская Осень. Внизу краем глаза я заметил кости. Точнее скелетированные останки какого-то существа, на которые налипла пыль. Будто бы свеже обглоданные или свеже ободранные кости бросили здесь во время бури, несущей песок. Осень склонилась над оврагом. Подняла левую руку, в ладони которой начал разгораться магический свет.
— Это ведь… — начала было говорить плакальщица, но завершить речь не успела.
Стоявшая рядом женщина-райдхор коротким и очень быстрым движением ударила ее длинным ножом в шею. Я был вынужден отпрыгнуть назад, чтобы не получить копье под ребра. Засада.
Броню я не надевал. Не думал, что придется драться. Шли же буквально на несколько сот метров от крепости. Но ничего страшного. Вопрос первый: сумею ли я ещё помочь Осени? Похоже, что нет. После удара в шею убийца выдернула кинжал и вонзила его плакальщице в глаз. Причем оставила оружие там, схватившись за меч. Даже если у меня получится дистанционно исцелить Осень, то она не выживет из-за кинжала в глазнице.
Пятеро противников. Два широких копья, глефа, щит-меч и двуручный топор. Все в доспехах. Однако сейчас для противников это было даже минусом. Я побежал прочь. Ломанулся от форта, легко маневрируя среди прямых редких деревьев. Однако старался бежать не слишком быстро. Я не хотел оторваться от преследователей. Лишь увлечь их за собой. Параллельно я проделал ещё кое-что. Достал с пояса свой длинный кинжал и глубоко надрезал левую руку. Рана обильно кровила. Я бежал прочь, оставляя красные пятна на деревьях. А за мной, бряцая металлом и тяжело дыша, ломились сквозь лес райдхор. Ближе, ещё чуть ближе. Я давал им вкусить азарта погони. Они думают, что беглец серьёзно ранен. Видят следы крови, но не могут понять — это сигнал не для них.
Через десять минут погони я услышал из леса тонкий звук. Крик или вопль. Это знак. Теперь пора выбирать место.
Я остановился на плоской полянке, заполненной обоженными пнями. Будто нечто огненное прилетело сюда, уничтожив растительность.
Через две минуты на поляну ворвались райдхор. Они сильно запыхались, но явно были довольны результатом погони.
— Добегался таки… — усмехнулся меченосец-копейщик.
Они еще не заметили, что я дышу ровно и спокойно. Бегать без доспехов сильно проще, а физуха у меня сейчас фантастическая.
Вспоминалась Осень. Она, вероятно, умерла почти мгновенно от пробитого клинком позвоночника. Иронично. Столько лет защищала людей от всякой нечисти, а убита ими же. Бывшими союзниками, которые помогали охранять границу Ревущих Пустот.
— На наших в крепости уже напали? — спросил я.
— Ими скоро займёмся, — кивнула райдхор.
Теперь её короткую стрижку закрывал шлем на манер орденского.
— Как вы узнали о нашей экспедиции? Догадались? Кто-нибудь слил?
— Это о чем он брешет, Герма? — спросил меченосец.
— Да плевать. Они охотники за сокровищами. Небось думает, что мы Осень из-за них кончили.