Тут же рванул копье назад, отшатнулся. Немного не успел и вражеский наконечник таки пропорол щеку. Кое-кто из противников обо мне помнил.
Однако ситуацию мне удалось переломить. У врага более не было численного перевеса. На одном из орденских горела одежда. Это давало возможность хорошо видеть его очертания. Я принялся наносить уколы, стараясь самому не подставляться. Понимаю, что едва ли попаду, но надо отвлекать внимание, чтобы Рок и Искра сумели добить врага. Однако все закончилось проще.
С металлическим лязгом из темноты появилась фигура Скейла. Два удара страшной силы обрушились на оставшихся орденских. Один мгновенно убит, пара оставшихся бросилась наутек.
Я наконец-то мог выдохнуть. Черт! Эти орденские отлично дрались. Не чета тем патрулям, что мне попадались раньше. Да ещё и магия сработала явно слабее. У кого-то из врагов была глушилка колдовства? Вероятно.
Рядом зажглось несколько магических кристаллов. Бой был окончен.
— Потери есть? — спросил подошедший Хастл.
Оказалось, чтобы была серьёзно ранена Игла. Удар копьем в живот. Я решил таки потратить точку. Где-то тридцать минут с хвостиком осталось до обновления зарядов.
— Надеялся, что твоя подруга легко избавится от меченосцев, — обратился я к Хастлу. — Могли бы после этого и нам помочь.
— Пошли, самоучка. Покажу тебе кое-что, — недовольным голосом, но пока без вызова предложил Хастл.
Мы с Геллой пошли туда, где билась с меченосцами банда смуглого. Там обнаружилось всего два трупа орденских. Щитоносец и копейщик. Оба сильно изрублены, будто райдхор никак не могли остановиться, добивая врагов. Один из трупов был прикрыт окровавленным, изодранным плащом.
— Так долго возились всего с двумя? — удивился я.
— Рвач, покажи ему, — приказал Хастл.
Зубастый подошел и приподнял с трупа плащ. Передо мной открылась не аппетитная картина тела относительно молодого парня, которому вскрыли живот и грудину. Все было проделано грубо. Явно не патологоанатомом работал. Несколько мгновений я не мог понять, что Хастл пытается до меня донести. Подсказала Гелла:
— Приглядись к легким.
Я пригляделся. Мдэ. Белые, окровавленные воздушные мешки ярко выделялись в свете фонаря. Все три. Размер, форма и расположение тоже не подходили под стандарты обычных людей. Чем больше я приглядывался, тем больше находил странностей и различий. Это последствия биомодификаций? Хрен знает. Возможно, этот голубчик уже родился мутантом.
— На глаза его ещё глянь, — предложил Хастл.
Зрачки не кошачьи как у ведьмаков, но что-то с глазами было не так. Слишком яркие. И цвет… Алый с переходом в желтый к центру.
— Голос Ульмы на них не сработал, — произнёс Хастл. — А дрались ублюдки покруче многих бывалых райдхор, хоть с виду и сопляки.
— Не работал голос? — удивился я.
Мне ответила сама голубоглазая ведьма.
— Если я не могу им приказывать, значит они ещё меньше люди, чем мясные звери.
Хм. Возможно, Кто-то из наших противников тоже был мутантом и у него имелась встроенная глушилка магии, как у жрецов Корнерога.
— Четверо из нападавших — нелюди, — подытожила Гелла, осмотрев тела и попробовав кровь на вкус. — Думаю, они уже родились такими. Остальные наглотались какого-то зелье, повлиявшего на ночное зрение. Но образца у них при себе нет.
Жрецы перешли от усиления людей стероидами к выведению сверхчеловеков, защищенных от магии. Это уже серьёзная заявка на победу в грядущей войне с чародеями. Значит, плакальщики только лишь репетиция. Обкатка новых военных технологий в боевых условиях.
Ночь прошла относительно спокойно, не считая воплей тварей. С утра опять был налет шипострелов. На этот раз к нам пожаловало штук тридцать. Начался массированный обстрел. Шипы летели со всех сторон. Белые, как голубиные кости, и острые, словно наконечники стрел.
Меня кое-как выручали мощная броня и помощь Геллы. Но одна штука таки попала под колено. Пришлось использовать точку.
Искра взяла трофейный треугольный щит у меченосцев. Пыталась закрываться им, прижимаясь к деревьям. Особой меткостью твари в эту ветреную погоду не отличались, но они очень старались. Брали количеством.
Жертвами утреннего обстрела стали слуга из бывших людей плакальщиков и Рвач. Последний словил сразу три шипа один за другим. Затем у него пошла пена изо рта, глаза закатились и начались конвульсии.