1. В силу того, что самый глубокий уровень БПМ II включает в себя переживания, описанные многими религиями как нахождение в аду, следует сослаться на несколько духовных систем. Ад межкультурно определяется как нечто, связанное с невыносимыми мучениями, не имеющими конца; это переживание вечного страдания. Элемент безнадежности является обязательным атрибутом ада; переживания невероятной физической и эмоционально боли с присутствием надежды – это не ад, а чистилище. Кажется, христианская теология совершила ту же ошибку, которую совершают некоторые ЛСД субъекты, путающие психологическое и реальное время. В духовных системах, которые глубже понимают сознание, таких как индуизм и буддизм, человек не остается вечно ни в аду, ни в раю; когда он переживает адские или райские состоянии, ему субъективно кажется, что они будут продолжаться вечно. Вечность не следует путать с неопределенно долгим периодом исторического времени. Это состояние, в котором линейное время эмпирически трансцендентируется и исчезает.
2. Этот очевидный парадокс требует некоторого объяснения. Согласно наблюдениям ЛСД психотерапии большинство случаев импотенции и фригидности основаны не на недостатке либидо, а на избытке вулканических инстинктивных энергий, относящихся к БПМ III. Именно подсознательный страх высвободить эти силы и необходимость контролировать их вмешивается в сексуальный акт. Когда эти излишки энергии разряжаются в несексуальном контексте, они достигают того уровня, с которым индивид может успешно справляться в сексе. Это понимание сексуальных расстройств подтверждается клиническими свидетельствами того, что импотенция и фригидность в ходе успешного лечения легко переходят в гиперсексуальность.
3. В последние годы среди хирургов появилась тенденция использовать кетамин только для детей и пожилых людей, несмотря на его биологическую безопасность и особые достоинства как анестетика. Причиной этого стало возникновение определенного психологического состояния в процессе выхода из-под наркоза, которое назвали феноменом выхода. Это отражает общую неосведомленность о природе эффекта кетамина. В силу того, что необыкновенные переживания психоделического типа являются самой сутью действия кетамина, каждому назначению этого препарата должно предшествовать специальное инструктирование, которое разъясняет , что в данном случае используется очень необычный тип наркоза.
Течение ЛСД психотерапии
Обсуждение течения ЛСД психотерапии, представленное в этой главе, по большей части основывается на наблюдениях, сделанных во время исследования, проведенного в Психиатрическом Исследовательском Институте в Праге в 1960-1967 годах. Это был клинический проект, изучающий потенциал ЛСД для диагностики личности и как дополнения к психотерапии. Ориентация исследования на ранней стадии была психолитической, однако в ходе клинической работы с ЛСД были обнаружены и введены в терапевтическую процедуру многие принципиальные характеристики психоделического подхода. Наиболее важными из них были повышение дозы, интернализация процесса, использование музыки и понимание лечебного потенциала перинатальных и трансперсональных переживаний. В результате появился метод терапевтического использования ЛСД, описанный в этой книге.
Большинство субъектов, участвующих в исследовании, были психиатрическими пациентами, хотя также было проведено несколько серий ЛСД сессий с психиатрами, психологами, психиатрическими сестрами, учеными различных дисциплин и творческими людьми для обучения, инсайта и вдохновения. При отборе пациентов для этого проекта мы руководствовались тремя базовыми критериями. Мы хотели, чтобы в нашем исследовании были представлены все основные психиатрические диагнозы для того, чтобы мы могли определить показания и противопоказания этой формы терапии, и для того, чтобы проверить, имеет ли ЛСД процесс специфические характеристики в каждом случае клинического диагноза и структуры личности. Мы предпочитали пациентов с острыми хроническими и фиксированными эмоциональными расстройствами, которые продолжались многие годы и не поддавались традиционному лечению. Этот уклон в выборе, кажется, этически оправдывал тот факт, что мы собирались проводить экспериментальное лечение пациентов новым, мощным и недостаточно изученным психоактивным препаратом. В силу того, что нам была необходима хорошая обратная связь о психоделическом переживании и терапевтических результатах, мы старались отбирать людей с высоким интеллектуальным уровнем развития, хорошим образование и талантом к интроспекции.