В о и н (с радостию). Ну тем лучше! С ним-то одним я пришел видеться и поговорить кое о чем. Вели меня проводить к нему. Я тебе за это останусь благодарен. Он будет тебе за меня порукой.
Х о р у н ж и й. Эй, урядник! Прикажи позвать сюда эсаула Андрея Ивановича Победоносцева и вели ему доложить, что какой-то незнакомый воин желает его видеть.
У р я д н и к. Слушаю, ваше благородие! (Уходит.)
Х о р у н ж и й (про себя и пожимая плечами). Удивительная загадка! Голос у этого воина слишком нежен, а поступки так отважны! Бог знает, что и подумать! Посмотрим, что произойдет далее.
Слышен шум от походки людей, и воин невольно вздрагивает. Победоносцев входит к хорунжему. «Ну что ты, милый Николай Иванович, просил меня к тебе прийти?!»
Х о р у н ж и й. Вот этот незнакомый и чудный воин, пришедший в наш лагерь, требует с вами свидания — и не хочет открыться, кто он таков. Вы, может быть, будете счастливее меня.
П о б е д о н о с ц е в (обращаясь к воину). Кто ты таков и для чего требовал моего с тобою свидания?
В о и н (пожимая плечами). Очень жалею, что ты так скоро мог забыть твоего друга! Я пришел повидаться с тобой, и коли ты так нечувствителен к дружбе, то проститься с тобою навеки! (Вздыхает.)
Победоносцев от радости затрепетал, узнав знакомый ему голос, проникший прямо в его сердце. «О Боже! Это друг души моей! Какими судьбами ты сюда попал?» (Обнимает воина.)
В о и н. Неужели ты думал, что я хладнокровно буду смотреть на твое отсутствие? Если ты так думал, то очень ошибся. Я пришел умереть вместе с тобой, но, пожалуйста, поручись скорее за меня своему офицеру. Я очень устал и хочу отдохнуть у тебя в палатке.
П о б е д о н о с ц е в. Не только словом, но даже жизнию моей и последней каплей крови! (К хорунжему.) Прошу вас вверить этого воина моему попечению. Я надеюсь, что вы это для меня сделаете.
Х о р у н ж и й. Помилуйте, Андрей Иванович! Не только этого воина, но и себя вверяю вам. Вы знаете, как я вас люблю и почитаю.
П о б е д о н о с ц е в. Очень уверен в ваших благородных чувствах и никогда не забуду сей вашей услуги, мне оказанной. (Вынимает из кошелька пять целковых и подает их хорунжему.) Прошу вас эти деньги разделить на ваш караул.
В о и н. А это от меня! (Вручает ему пять червонных.) Теперь, господин офицер, прощайте! Мы завтра с вами покороче познакомимся! (Взяв Победоносцева за руку.) Пойдем скорее в твою палатку. (Оба уходят.)
Х о р у н ж и й. Рука воина слишком щедра и нежна. Тут кроется какая-нибудь важная тайна, но мы завтра все разнюхаем. Эй, урядник! (Тот входит.)
У р я д н и к. Что прикажете, ваше благородие?
Х о р у н ж и й. Вот тебе пять червонных, пожалованных незнакомым воином, и пять целковых — Андреем Ивановичем: раздели эти деньги на наш караул и возьми из них себе один червонец.
У р я д н и к. Покорнейше благодарим вас, ваше благородие, и тех, которые оказали нам сию милость! (Уходит.)
Между тем Победоносцев с воином приходит в свою палатку, где горела восковая свеча, и приказывает своему вестовому скорее согреть чайник и подать бутылку самого лучшего вина. «Ну теперь вы можете, господин воин, снять ваши доспехи без всякого опасения и отдохнуть от дороги».
Воин (я думаю, читатели уже догадались, что это была княжна Селима) сбрасывает с себя шишак, панцирь, кладет копье, щит, шашку и кинжал подле оружия Победоносцева и со слезами восхищения повергается в объятия трепещущего от радости своего возлюбленного.
С е л и м а. Андрей, видишь ли теперь, как я тебя люблю? Неужели ты думал о Селиме, что она перенесет спокойно с тобой разлуку?.. Нет, без тебя мне нее показалось ужасной пустыней в нашем жилище; я обливала слезами подушки и постель, на которой ты лежал у нас; все кусточки, все тропинки, где я с тобой гуляла, окроплены моими слезами. Одна безмолвная природа внимала моим жалобам и стенаниям. Страшная тоска тяготила мое сердце, а душу отчаянье, — и я решилась с тобой соединиться и более уже не разлучаться. Но нам надобно скорее все свершить и завтра же принять крещение и соединиться браком; а то отец мой, хватившись меня, прилетит сюда и уничтожит все наши планы. Воля родителей неотъемлема: но когда мы будем обвенчаны, тогда уже поздно разлучать нас. Согласен ли ты на это?
П о б е д о н о с ц е в (осыпая ее руки поцелуями). Милая, несравненная Селима! Можешь ли ты об этом меня спрашивать? Твое со мной соединение наполняет душу мою небесным восторгом и делает меня счастливейшим человеком в сем мире!