Цветов подошел к компьютеру, нажал пару кнопок, включить-выключить, подергал мышь. Тот никак не среагировал. Они зашли в комнату-склад запросов, счетчик показывал 0000.
– Не знаю. Попробуем открыть люк?
Прошло около пяти часов, когда Алёша и Леонид проснулись и увидели, что Насти нигде нет.
Они, не обсуждая, поняли, что Настя ушла в Луч. Как она могла удержаться еще несколько часов, когда наконец была так близко? Наверное, и они, засыпая вчера, догадывались, что она уйдет сама.
Алёша заметил, что Леонид стал еще хмурее обычного. За все эти недели пути они почти не сблизились, разговаривали друг с другом, только когда в разговоре участвовала Настя. Мальчик так и не понял, зачем Леонид вообще с ними пошел, если у него была задача привести их в свою страну, чтобы вернуть себе статус, работу и так далее. Он как-то подслушал ночной разговор, в котором уралец рассказывал Насте, что больше всего хочет разгадать загадку Луча и понять, за что на страну уже несколько лет сбрасываются, как бомбы, самые трагические и мучительные истории. Настя ему ответила, что узнать это возможно, только оказавшись в первоначальной точке, наверное, там будут зацепки. Но Алёше все равно, несмотря на его слова, уралец казался каким-то пройдохой, который хотел просто быть рядом с лесом и волнами.
– Завтрак? – спросил он Алёшу.
– Да.
Так и общались: один слово, другой одно в ответ. Развели огонь, вскипятили воду, залили в быстрорастворимую кашу и в кофе. Чашка приятно согрела руки.
Они уставились на Луч. С такого расстояния осознать его было еще сложнее, чем раньше: Луч бил из земли сплошной фиолетовой стеной. Вроде двадцать-тридцать километров в диаметре, но отсюда, с бревна через дорогу от него, казалось, что он занимает все пространство.
Поедая кашу, Алёша рассматривал бурлящие части Луча. Они оказались разных оттенков фиолетового: сиреневого, сливового, фиалкового, лилового, пурпурного.
Еще одна ложка овсянки – и Луч исчез. Будто выключили лампу.
Все вокруг – небо, десятиполосное шоссе, автомобили, лес, их лица – впервые за годы не подсвечивалось фиолетовым. Мир выглядел блеклым, неярким, обычным.
– Вот как, – сказал уралец.
– И это все? Закончился? Как-то быстро, – сказал Алёша. Он чувствовал разочарование, усталость, но скорее – ничего.
Леонид внутри моментально умер: без Луча больше не будет никаких новых дополнительных жизней. Если бы не Алёша, он бы, наверное, прямо тут же и сейчас с собой покончил.
– Идем? – спросил уралец. – Чего уж теперь тут стоять.
– Да, – Алёша прокашлялся. – Как Настя могла его так быстро выключить?
– Не думаю, что это она. И непонятно, что там. Осталось ли там в эпицентре хоть что-то. Может, даже зданий нет. Живых мы вряд ли найдем.
– Я понимаю.
Они поднялись по лестнице в два пролета, поднимавшейся к мосту через шоссе. Алёша разглядел на одной из перил надпись маркером: «С наступающим 2022 годом! Дальше только лучше».
– Я не местный, – сказал уралец. – Есть идеи куда?
– Я точно знаю куда, – сказал Алёша.
– К обрыву в лесу?
– Да.
Они перешли дорогу там же, где несколько часов назад прошла Настя. И оказались в Битцевскому лесу, в паре километров от бункера, если идти насквозь, и в трех-четырех, если по всем петляющим тропинкам.
Цветовы легко открыли два люка и через несколько минут по лестнице забрались до самого внешнего. На последних ступеньках Антон увидел, что вокруг, как и прежде, и куда ни посмотри, Битцевский лес. Выбравшись, они разглядели родные девятиэтажки района Чертаново и трубу ТЭЦ, возвышающуюся на горизонте над деревьями.
– Это точно не ад. – сказал Антон.
– Но и не рай.
– Идем домой?
Тропинка сквозь дубы и сосны, по которой они ходили сотни раз в прошлой жизни, была на месте.
На одном из американских телеканалов уже третий день шел круглосуточный прямой эфир из Питтсбурга. Ведущий – измотанный мужчина лет пятидесяти в черном костюме – стоял на улице, за ним вдалеке в небо бил фиолетовый луч.
– Прямо сейчас можно сказать, что лучи, подобные московскому, появились в Вашингтоне, Токио, Берлине, Пекине, Лондоне и нескольких других мировых столицах, мы это уточняем, – сказал он. – О жертвах говорить пока невозможно. Да, вероятно, погибли сотни миллионов человек. Нет никаких данных, что это террористическая атака, хоть и кадры болезненно напоминают события 11 сентября.
На экране снова появились позавчерашние первые кадры издалека, как лучи пробиваются сквозь пыль разрушенных столиц.
– Как мы понимаем, все происходит по тому же сценарию, как в 2022 году в России. Но все идет намного быстрее. Сообщается, что уже сейчас, на третий день, люди видят не только галлюцинации с мифическими существами, как это было там. Уже сейчас по всей планете люди наблюдают исторические галлюцинации. Никто не оказался к этому готов. От себя скажу, что мы почему-то думали, что все закончится Россией…