– Отлично. – Елена Николаевна почти вскрикнула. – Можно его одолжить?
Камилла протянула термос, ученики проснулись и уставились на директора. Та, взяв кофе, вернулась за кафедру, откуда-то снизу достала черный дипломат.
– Камилла, сделайте еще одолжение, закройте дверь в кабинет.
Камилла встала, прикрыла деревянную дверь.
– Поплотнее, пожалуйста, и ключ проверните. – сказала она. – Спасибо, дайте мне ключ пока что.
Камилла вернулась за парту. Елена Николаевна подошла к доске, нажала на кнопку на стене, опустились жалюзи.
– Сейчас кино какое-нибудь включит, – шепнул Миша.
– Наверное. – ответил Марат. – Как же скучно.
Елена Николаевна открыла дипломат и, покопавшись в бумагах, достала продолговатую стеклянную капсулу размером с ладонь. Внутри нее находился, почти бурлил, фиолетовый туман.
– Ничего себе! – во весь голос сказал Марат. – Это кто?
Алёша захлопнул книжку, которую листал последние несколько минут; Миша приподнялся. Елена Николаевна постучала по капсуле, туман внутри забурлил сильнее. Директор повернула крышку. В аудитории тут же запахло то ли сеном, то ли погребом.
– Тут у нас сейчас туман подкрашен, чтобы мы и вы его видели. В Чаще, во время волны, вы почувствуете только запах. – сказала директор, поставив капсулу на стол. – И не волнуйтесь.
Туман медленно вытек и замер над столом. Из него образовался небольшой – сантиметров в тридцать – человечек. Он был похож на семидесятилетнюю бабушку в цветном халате, в платке, с аккуратной завязанной косой.
– Матушка-суседушка. – сказала директор НИИ. – Приветствую. Есть работа для тебя.
Елена Николаевна взяла термос с кофе, опрокинула его и вылила на пол. Человечек тут же достал из-под халата небольшую швабру с веником и побежал убираться.
– Это суседка, – директор обратилась к ученикам. – Северная домовиха, поймана в лесу три года назад во время одной из экспедиций нашего НИИ. После всех изучений, анализов и экспериментов стала использоваться для уборки.
Суседка тем временем уже расправилась с лужей кофе и начала бегать прибираться по всей аудитории. Подмела в углах, оторвала жвачку из-под парты, поправила у некоторых учеников неаккуратно лежавшие тетради, запрыгнула протереть подоконники. Запыхавшись, она остановилась передохнуть.
– Тут еще. – сказала Елена Николаевна, показав на исписанную мелом доску. Суседка повиновалась. – Спасибо, вот тебе за работу.
Она протянула ей скрепку. Суседка обрадовалась и тут же спрятала ее.
– За работу получает что-то материальное, – объяснила директор. – Чтобы согласилась уйти. Хотя это на самом деле необязательно.
Суседка поклонилась. Елена Николаевна достала из дипломата «Вколбитель», вставила в него, как обойму, пустую капсулу, направила на домовиху и нажала на курок. Та мгновенно превратилась в фиолетовый туман и затекла в емкость. Запах то ли сена, то ли погреба исчез.
– Во время учебы вы и не такое увидите. – сказала Елена Николаевна. – Архивы переполнены самыми разными существами. Если есть вопросы, задавайте. Есть еще минут десять до конца урока.
– Почему сначала закрыли все двери и окна? – спросил Марат.
– Чтобы не сбежала? – ответила директор НИИ. – Бывали такие случаи. Столько трудов наших сотрудников, а потом нет и все. Не сказала, кстати: вы суседок точно еще встретите и не в классе. Других уборщиц у нас нет.
– Они могут отказаться? – спросила Камилла.
– Отказаться?
– От уборки.
– Не думаю, что суседки о таком размышляют. Это их предназначение: убрать в избе. Тем более за плату.
– За скрепку?
– Вы смо́трите на это со своей точки зрения. – сказала Елена Николаевна размеренно. – Суседки думают иначе. Так, время домашнего задания! Запишите историю кого-то из сотрудников о каком-либо происшествии, которое приключилось с ним или с ней во время работы в институте. Что-нибудь интересное! Байки, сплетни, что угодно. Поспрашивайте преподавателей или исследователей. Советую искать их в столовой. На сегодня все!
Елена Николаевна убрала оружие в дипломат, вернула Маше термос.
– Простите за кофе. – сказала она. – Но вообще вредно так много его пить.
После уроков Настя Лозова вернулась в свой кабинет. Дорога туда занимала около пятнадцати минут по лабиринтам коридоров института – в противоположную от учебного корпуса часть здания. Комната больше напоминала библиотеку: везде стояли стеллажи с книгами и архивами, рабочий стол, вернее, столик – на нем не поместилось бы и двух ноутбуков, – стоял среди этих же полок. Уличный свет сюда не доходил, поэтому всегда приходилось включать настольную лампу. В эти пятнадцать минут пути она думала о новых учениках (вроде ничего, но пока совсем непонятно, кто на что способен, завтрашний день лучше покажет). В кабинете Лозова сразу переключилась на размышления о Луче.