Оказалось (логично), что от такого долгого погружения очнуться намного сложнее. Леонид просто не мог встать. Рыдал о любимой жене, его тошнило, очень хотелось выпить: почему не взял с собой хотя бы пару бутылок красного?
Как мог мир, который был для него идеальным, рухнуть за секунду? Он потерял их обоих. Больше не будет и никогда не было смеха Юрки, объятий и улыбки Марины. Он помнил каждую мелочь: ее запах, шарлотку из антоновки, песенки, которые она напевала, когда была в хорошем настроении.
Удивительно, но он почти правильно все подсчитал. Анастасия Лозова должна была появиться через два-три дня.
10. Разрыв
В НИИ для братьев так ничего и не изменилось: в них снова кидали киви, толкали в коридорах, некоторые преподаватели делали вид, что их не существует. Вечером, дней через пять после возвращения от бабушки с дедушкой, к ним в комнату зашла Настя. Братья сидели каждый на своей кровати. Исследовательница встала посреди комнаты.
– Я, кстати, всегда думала, что Марат выкинет что-нибудь такое. Было ощущение, что он сыграет какую-то роль в происходящем. Поэтому и выбрала его тогда. И мы точно с ним встретимся еще, – сказала она. – Может, даже довольно скоро. Такое ощущение.
– Я не хочу здесь больше оставаться. – сказал Алёша.
– Знаю. – Настя кивнула. – Поэтому и пришла. А ты?
– Я не хочу тебя бросать. – Миша посмотрел на брата. – Но. Но я не понимаю, зачем мне куда-то идти. Где-то лучше, чем здесь? Вряд ли. Где-то еще научат «Мухоморам»? Не знаю. Наверное. Камилла тут. Настя, понимаешь, она… И надо все еще быть поближе к бабушке и дедушке. Алёш, ты сейчас должен процитировать этого… ну, как суп у него еще фамилия.
– А?
– Ну, как суп в банке.
– Магги?
– Да нет.
– Кажется, Миша про Кэмпбелла. – сказала Настя.
– А! – Алёша улыбнулся и удивился, что брат запомнил его рассказы про мономиф.
– Я ухожу. – сказала Настя. – Слишком многое случилось в последние недели.
Она рассказала, как ее потрясли статья о семье Цветовых и то, что братьев поместили в психиатрическую больницу. Но еще больше – только об этом никому – встреча с исследователем из Уральской России.
– Чего! – Алёша вскочил.
– Ага. И… И там, кажется, совсем не так, как мы думали. Да и вообще в мире. И там нет никакой коммунистической диктатуры, они вовсю живут в открытую с европейцами и США. И у них есть свои исследовательские центры, которые, кажется, пошли дальше нашего. И вот…
Настя чуть подробнее рассказала им про встречу с уральцем, их разговор в новочеркасском отделении полиции, о воздушных антидотах, их умении захватывать исторические галлюцинации в кубы.
– И мы туда пойдем? – спросил Алёша.
– Да.
– Но они же типа… враги? – сказал Миша.
Настя несколько дней хотела рассказать Кучерову о том, что собирается сбежать, но так и не смогла. Наверное, никогда ему не доверяла (почему он не дождался и не нашел ее после новочеркасской волны?), поэтому так и не решилась сблизиться сильнее.
Минут за пятнадцать до побега Алёши братья уселись друг напротив друга.
– Ты точно уверен?
Алёша кивнул.
– Там, наверное, хотя бы не будет всего этого.
– Когда теперь встретимся? – спросил Миша.
– Не знаю, Миш. Но точно увидимся.
– Конечно.
– Конечно.
– Сколько вам идти?
– Не знаю, дней десять. Если без проблем.
– Уверен, что все без проблем будет.
– Ты точно не пойдешь?
– Я останусь тут пока. Тут и Камилла, вдруг все получится? И близко к бабушке, если что. Ну, я говорил. Не хочется далеко совсем от них уезжать. А ты точно пойдешь?
– После этой психушки, куда нас засунули? И всего, что вскрылось?
– Но это же не прямо ужас. Нарушили распорядок – нас наказали.
– Не знаю. А все это вранье тебя не смущает? Про уральцев?
– А может, это они врут о нас?
Братья замолчали. Алёше не хотелось заканчивать прощание руганью.
– Ладно, Миш.
– Будешь осторожен?
– Как смогу. И ты тоже?
– Я всегда. Может, не пойдешь все-таки? И тут нормально?
– Ладно, я пошел.
Алёша встал с кровати, накинул на спину рюкзак.
– Ты же нас не запалишь?
– Ты чего! – Миша немного оскорбился.
Братья обнялись и простояли так дольше, чем обычно.
– Блин, буду скучать. – сказал Миша. – Брательник.
– Я тоже. – Алёша вроде бы хотел сказать больше, но чувствовал, что если сейчас растрогается, то не сможет сбежать. – Ну все.
Он открыл дверь.
– Давай, – он протянул брату кулак.
– Давай, – сказал Миша и стукнул его в ответ.
Вместе они дошли до мухоморного поля. Настя уже стояла там, ожидая Алёшу. Братья снова коротко обнялись.