Каир смотрел на душу отца и внезапно почувствовал эту энергию, эту силу, она смотрела на него, как голодный хищник на еду, но парень не дал волю панике и страху, он устремил свой взгляд прямо, был готов принять ее всю.
Энергия, окружавшая душу, почувствовала это и ярким лучом устремилась в грудь парня.
Парень почувствовал дикую и неописуемую боль. Энергия заполняла и пульсировала по его венам, словно сжигая и разрывая их. Сила заполняла все его мышцы, делала тяжелыми будто из самой стали.
Луис крепко держал плечо Каира, и тоже чувствовал эту энергию, она проникала прямо в душу, меняло его сознание, делая его все темнее и темнее. Скорбь, боль, утрата родителей наконец-то стихли в его разуме, осталась лишь ярость и ненависть к алым драконам. Эмоции, некогда приобретенные в обличии белого дракона, угасли раз и навсегда.
Пламя проникало все глубже и глубже в сознания Луиса и Каира. Парни чувствовали это, вот-вот оно полностью поглотит их, но внезапно Каир раскрыл свои полностью черные глаза и закричал, что есть силы на весь зал. Крик был смешанный с драконьим и человеческим, но он кричал не из-за боли, а из-за сражения с этой силой. Он подавлял ее у себя в разуме и брал над ней вверх, не позволяя той приблизиться к его рассудку.
«Я не позволю тебе изменить меня, не позволю поглотить. Я возьму лишь то, что посчитаю нужным. Я стану хранителем не хуже Эрогона! Я стану тем, ни на кого не похожим лучом в темном и мрачном городе, и обязательно…сделаю его лучше!» - ревел Каир у себя в голове.
Статуи, стоявшие в зале, словно услышали его слова, стали дрожать. Их каменные глаза засветились и устремили свой свет душу мальчика.
Эрогон наблюдал за этим и лишь произнес:
-Огонь принял его.
Каир продолжал одолевать темную энергию и стал кричать еще сильнее, но теперь уже от адской боли. На его спине стал выжигаться черный символ в виде дракона с расправленными крыльями – это был символ хранителя, служивший своего рода печатью для огромной силы.
Внезапно стал кричать и Луис, на его руке тоже стал формироваться символ, он выжигался откуда-то изнутри, кровеносные сосуды переплавлялись между собой.
От такой боли темнело в глазах, но парни не решались сдаваться они стояли до конца, терпели все эти приливы энергии.
Каир смог поднять тяжелую голову и открыть глаз. Он смотрел на темную фигуру создателя:
-Я не стану никудышным хранителем, как ты говоришь, я буду не чуть не хуже, чем ты. Так и знай! – процедил юноша, еле сдерживая боль. Внезапно за спиной создателя он увидел еще несколько темных фигур, но не успел разглядеть их и провалился в темноту.
Боль на удивление быстро стихла, но также не чувствовалось и ничего другого: ни тела, не эмоций, не холода, не жара. Полная тишина. Казалось, что вот смерть пришла, но Каир услышал, тонкий голос девочки из черного города, ее звали Лу ей было пять лет и она уже повидала всю жестокость города.
-Стойте…откуда я ее знаю? Я никогда не видел эту девочку, но будто знаком с ней с рождения…
Вдруг еще один голос одинокого парня с печальной судьбой в карьере стражника. Еще один и еще… Каир стал чувствовать и слышать множество голосов, чувствовать множество душ черных драконов, их эмоции их страхи и переживания, их малочисленные счастливые дни. Он знал каждого: кто он, чем занимается и даже когда тот умрет. Все что чувствовали они - чувствовал и он. Они были связаны между собой и парнем неосязаемой магической линией черного огня. Это было неописуемым чувством, чувствовать другие эмоции и силу, словно быть в чужом теле. Парень путешествовал по городу глазами горожан и наконец прибыл в храм, видя все глазами отца, Луиса и Зена. Все они стояли точно так же и абсолютно не двигались, время остановилось в округе и тогда Каир решил посмотреть своими глазами. Это вернуло его в свое тело, но почему-то возле него не было никого.
-А? Эй, а где все? Ритуал закончился?
-Наполовину - раздался довольно грозный и низкий голос, шаги эхом раздавались по залу.