закрыл глаза и провалился в темноту.Дрон с тревогой следил за Малашей. Девка, как только ладья пустилась по реке, сидела с безучастным видом. Дрон и рад бы повеселить свою дочку, да какое уж тут может быть веселье.«Ну ничего, пройдет. Молодая, долго тосковать не будет. Может в Гороховке-то и глянется ей кто. А там, дело молодое».Малаша же, думала совсем о другом. Узнав о невесте Лучезара, внутри у нее словно все застыло. Что воля, что неволя - все равно. Что Гороховка, что Златоград - без милого дружка все опостылело. Ладья же скоро плыла по реке. Уже далече остались стены Златограда, уж и Большой Город остался позади. По берегам тянулись рыбацкие поселки, перемежаясь с зарослями ивняка. Когда вдалеке показалась стена леса, что-то дрогнуло в груди Малаши. Вспомнилось ей, как в первые дни своей службы у Микулы Лучезар просил её весточку помочь отправить в родное село. Вспомнилось, как при Малаше Лучезар объяснял купцу Федулу, как добраться до его села. Что-то знакомое почудилось ей и в темнеющем вдали лесе, и в рыбацком поселке по правую руку и в селе по левую. Во все глаза Малаша смотрела на село, раскинувшееся на левом берегу. Бревенчатые избы с резными ставнями, колодцы с веселым звоном цепи, мельница со скрипучим колесом - казалось, нет места лучше и краше на свете. И все бы Малаша отдала за то, чтобы жить здесь с сердечным другом в любви и согласии.- Сойди дочка вниз. Холодно уже, да и темнеет быстро. Скоро через лес ладья поплывет. А там берега болотистые, нечего болотом дышать.Малаша вздохнула и послушно пошла за отцом, кутаясь в овечий тулуп.Лучезар изнывал от зноя. Солнце, казалось, хотело сжечь его живьем. И нигде ни деревца - нет спасительной тени. Вокруг лишь выжженная солнцем земля. Ветер обжигал, будто дул он из раскаленной печи. Нестерпимо хотелось пить. Жажда сводила с ума:«Пить! Пить! Пить!».Вдруг он увидел вдали небольшой ручей. Тот весело журчал и звал к себе измученного воина. Из последних сил Лучезар подполз к ручью и стал жадно пить студеную воду. От холодной воды ломило зубы, но оторваться было невозможно.Наконец, жажда была утолена. Лучезар поднялся. На его глазах ручей превратился в небольшую речушку, на другом берегу которой раскинулся прекрасный сад. Здесь, молодца окружала потрескавшаяся земля, а там благоухали цветы, зеленела сочная трава и деревья дарили спасительную тень. С того берега неслось пенье птиц, жужжание пчел, оттуда дул прохладный ветерок. Измученный воин захотел перейти речушку, когда вдруг увидел что из под раскидистой яблони вышла молодая женщина и направилась к реке. Женщина улыбалась Лучезару и махала ему рукой. Остановившись у самой воды, она позвала его:- Лучезар, сынок, ступай скорее ко мне!«Сынок? Это же моя мама!» - Лучезар вглядывался в дорогие черты, пытаясь запомнить каждую морщинку на лице, каждый изгиб черных локонов. Женщина ласково улыбалась и звала к себе. Тут из под деревьев появился молодой мужчина и тоже пошел к реке. Остановившись рядом с женщиной, обнял ее за плечи. Лучезар рассматривал мужчину. «Стало быть, это батюшка». Ему нестерпимо захотелось к ним, на другой берег. Обнять, прильнуть к ним. Он ступил одной ногой в воду, но мужчина остановил его:- Остановись, сынок! Не время еще. Все ли дела завершил ты? Твое время не пришло!Женщина грустно улыбнулась и пожала плечами.«О чем он толкует? Какое время? Они так рядом, а я не могу их даже обнять? Нет, я хочу к ним, на тот берег!» - Лучезар ступил второй ногой в воду. И вдруг речушка на глазах стала расти, а берег отдаляться. Река превратилась в синее море, а берег, с чудесным садом, где были его матушка с батюшкой, исчез. Молодой воин с отчаянием глянул на море - не перейти его, не переплыть! Он со злостью ударил рукой по воде и открыл глаза. Мийна облегченно вздохнула:- Очнулся!Лучезар непонимающе осмотрелся: он лежал внутри шатра под одеялом из овечьей шерсти. В очаге потрескивал огонь, пахло молоком и травами.- Мийна, а где матушка с батюшкой?Предводительница с сомнением посмотрела на парня:- Лучезар, ты все еще бредишь?- Мийна, я только что разговаривал с Вийной и Лучезаром!- Лучезар, это был бред.- Ты не понимаешь! Я видел их вот как сейчас тебя! Разговаривал с ними. Матушка звала меня.- И что дальше?- А дальше батюшка запретил идти к ним. Сказал что еще не время…- Значит, так тому и быть,- Мийна улыбнулась. Лучезар вдруг что-то вспомнил:- А где все? Что с Есиславом?- от волнения воин приподнялся на локте.- Успокойся. Ничего с ним не стряслось.- Он не ранен?- Нет. Только перепугался очень,- Мийна усмехнулась. - А Ярыш? Он жив?- голос Лучезара дрогнул.Мийна вздохнула:- Он жив. Зарина не отходит от него который день. Еле спасла ему руку, мог калекой стать…Лучезар выдохнул:- Он в себе? И как давно мы здесь?- Лучезар, успокойся. Слишком много вопросов. Я пойду, передам Есиславу, что ты очнулся. А то он извелся весь - каждый день о тебе по несколько раз спрашивает. Мийна вышла, а в шатер вошла молодая рыжеволосая девушка. Лучезар вспомнил ее - это была лучшая ученица Зарины. Звали её Литта. Девушка улыбнулась молодому воину:- Я принесла тебе Лучезар молока. Ты, наверное, совсем обессилел.Лучезар приподнялся на локте и вдруг осознал, что он совсем нагой. Лишь одеяло прикрывало его тело. От этой мысли ему стало неловко. Интересно, все это время кто ухаживал за ним и перевязывал? Неужто, Литта? Стало быть, она видела его нагим? Литта же, словно прочитав мысли молодца, лишь усмехнулась. Гороховка не понравилась Малаше. Село как село, ничего приметного. На встречу Дрону и Малаше с радостным криком из избы выскочила полная женщина. Поверх сарафана на ней красовались красные бусы, будто женщина собралась на ярмарку или на какое гулянье. Следом за ней с крыльца робко спустились две девицы - ровесницы Малаши. Девицы тоже были одеты нарядно - расшитые рубахи, да по нитке жемчуга на каждой. Они смущенно поцеловали Дрона и ждали, когда можно будет подойти к Малаше. Елица, тетка Малаши, обнимала и целовала девицу. Прижимая ее к своей большой груди, причитала:- Сиротинушка ты моя! А на Томилу-то, на матушку свою как похожа! – женщина протяжно вздохнула и снова принялась расцеловывать Малашу.Как только Синеока и Чернава увели сестрицу в свою светелку, Дрон снял со спины большой мешок и положил перед Елицей:- Вот гостинцы да подарки вам привез. Вы уж Малашу не обижайте.- Ну что ты, Дронушка! Она же нам не чужая. Не тужи, как за родной присмотрю! Пробыв пару дней в Гороховке, Дрон засобирался назад. Прощаясь на крыльце с Малашей, утешал дочку:- Ну не плачь, доченька! Все не на век прощаемся. Как пройдет зима, да лед сойдет, так я за тобой и ворочусь. Цветень лишь начнется, а я уж тут буду!Все дни, пока Лучезар и Ярыш находились между жизнью и смертью, Есислав проводил в обществе великой Яххи. Волшебнице понравился парнишка и скрывать она этого не стала. А Есислав, почувствовав расположение седовласой волшебницы, приободрился. Беседы с великой Яххой занимали его все больше. Он рассказывал волшебнице о своей жизни в Златограде, о злодеянии Гордыни и о том, зачем пустился в дальний путь. Яхха с интересом слушала историю царевича - нужно же знать, во что вмешался её народ, нарушив один из законов великой Тархи. Чем больше слушала волшебница Есислава, тем больше убеждалась в том, что Мийна не зря спасла от смерти Ярыша и царевича.Есислав оказался очень любознательным пареньком. Его интересовало все, что он видел вокруг. Но больше всего, он восторгался самой Яххой. Вот каким должен быть предводитель народа. Степенная, величавая Яхха, всегда спокойная и рассудительная вызывала восхищение Есислава. Как бы он хотел стать таким же достойным правителем!Не мог Есислав удержаться и от вопроса, который так давно занимал его:- Великая Яхха, отчего ты увела свой народ в глубь холмов, и нашим купцам нет к вам хода? Ваши чудесные платки и другое рукоделие дорого ценится у нас. Да и серебристая пряжа хороший товар! Отчего вы не торгуете больше с нами? Ведь и твоему народу от того хорошо было?Яхха задумалась. Разве объяснишь в двух словах ту боль, что перенесла она, потеряв дочь? Разве поймет молодой царевич, что увела народ свой, чтобы защитить от возможных утрат и потерь другие семьи? Он слишком молод, чтобы понять это.- Ваши купцы слишком часто наезжать стали. А мой народ должен жить обособленно, чтобы не соблазняться жизнью, что идет за холмами.- Коли не хочешь купцов наших пускать в холмы, так приезжайте сами торговать. Если нельзя покидать твоему народу холмы - назначь место, где бы шла торговля!Яхха покачала головой:- Мой народ торговому ремеслу не обучен.- Но, великая Яхха, как же нам то решить? От торговли и моему и твоему народу добро большое!Волшебница понимала, что царевич прав. Жизнь в холмах сурова, а без товаров из Златограда еще тяжелее.- Приезжал к нам в последний раз вместе с Лучезаром человек купца из Златограда. Человека того Лытко кличут. Уж больно понравился он мне - честно торговал, без обмана. Вот с ним бы мой народ стал дело иметь да торговлю вести!- Ну, коли так, отыщу я этого Лытко! Да только как же он попадет сюда, если дороги все что ведут к вам, заговорённые?В ответ, Яхха сняла с руки перстень серебряный с небольшим полупрозрачным камнем. Отдавая кольцо царевичу, сказала:- Отдай это кольцо Лытко и туман-камень укажет ему к нам дорогу.С большим волнением принял Есислав перстень. Теперь лишь бы живым добраться до Княжеска и вернуться в Златоград! А уж