Глава 10
В шатре великой Яххи было тепло и пахло молоком и диким мёдом. Лайда, проскользнула в приоткрытый полог и подсела к очагу.- Ветрено сегодня, старшая мамка Яхха!- весело прощебетала юная волшебница. Из рук Мийны Лайда приняла глиняный горшочек с теплым молоком. Девушке нравились такие вот посиделки в шатре великой Яххи. Всегда можно узнать что-то интересное, да и так сильнее ощущалось, что она в будущем будет великой правительницей своего народа, и что здесь к ней относятся как к равной. Ну, почти.Великая Яхха сделала несколько глотков из своего горшочка, и лишь потом обратила свой взор к Лайде.- Лайда, ты уже вошла в пору цветения. И пришло время определиться с тем, кого ты видишь своим мужем. Что говорит твое сердце?Лайда пожала плечами:- Великая Яхха, мое сердце молчит.- Я так и думала, - вздохнула седовласая волшебница.Мийна растеряно спросила:- И что же теперь делать?- Лайда, ты ведь понимаешь, что я не просто так завела речь о твоем замужестве? Ты хорошо знаешь законы, и сама должна осознавать всю важность своего выбора. Только выйдя замуж, ты сможешь стать великой Лайдой, в свое время, разумеется. Если никто из равных тебе по знатности не пленил твое сердце, то возможно мужчина из рыбаков или кузнецов, или других работников достоин занять место подле тебя?- Старшая мамка Яхха, всё я понимаю. Но что же мне делать, если никто из мужчин не показался мне желанным и милым?Великая Яхха снова сделала несколько глотков горячего молока. Потом, её взор затуманился, и волшебница окунулась в воспоминания:- Моя матушка, великая Сорхо, была своенравна и капризна. Это от нее тебе, Лайда, достался крутой нрав. И когда пришло время становиться женой, великая Сорхо тоже не знала, кого из мужчин взять в мужья. Её сердце молчало. Но в отличие от тебя, Лайда, времени на раздумья у неё не было. Великая Ирга, что правила в то время была уже стара и в любой день могла отправится в сады вечности. Сорхо знала лишь один способ узнать, кто станет её мужем. И этот способ - спросить об этом у великой Тархи! Да, да… Сорхо отправилась в пещеру Тархи и там, стоя на коленях у надгробного камня, под которым покоится прах великой, молила вразумить её и открыть глаза. И великая Тарха услышала её мольбу. Сорхо во сне увидела своего мужа - им стал простой кузнец Горр.Лайда, слушала рассказ Яххи, открыв рот. Она слышала много историй о том, какие лишения испытывают те волшебницы, осмелившиеся тревожить прах Тархи. Мийна же, обеспокоено сказала:- Матушка, ты же не отправишь Лайду в пещеру великой Тархи? У нее есть достаточно времени, и она, может, услышит свое сердце позже…- Мийна, ты должна лучше всех понимать свою дочь! Но даже я знаю, что нрав Лайды не даст ей услышать свое сердце! Только великая Тарха откроет её глаза…Мийна в ужасе закрыла глаза руками: - Но она слишком молода! И слишком своенравна, чтобы великая Тарха услышала её мольбы!- Ну, вот может там и укоротят её нрав? Сорхо была в том же возрасте, что и Лайда, когда отправилась в пещеру Тархи. Три дня и три ночи она молила великую, и Тарха снизошла до неё. Завтра же, Мийна, ты отвезешь дочь в пещеру великой и оставишь её там.Лайда плохо спала эту ночь. Она жутко боялась предстоящего испытания. Ведь всем известно, что покинуть пещеру великой Тархи, не услышав волю великой - нельзя. А Лайда не представляла, что великая Тарха может услышать её мольбы. Она еще ничем не отличилась перед своим народом, ей нечем хвалиться - если только проказами да шутками, не всегда добрыми. Видимо, там, в пещере и настанет её кончина.Рано утром, лишь солнце показало свой алый бок из-за холма Пробуждения, крылатая тройка унесла Лайду в глубь холмов, в долину предков, к пещере великой Тархи.Лайда была здесь впервые. Эта долина была когда-то первым местом стоянки народа Тарха. Но после смерти великой, это место стало священным. Мийна обняла напоследок дочь, и горько вздыхая, унеслась прочь. Лайда огляделась. Вокруг нее высились холмы, словно близнецы похожие один на другой. Их седые вершины уходили высоко в небо. Возможно весной и летом, здесь бывает красиво, но сейчас облезлые склоны холмов навевали тоску. У подножия одного из холмов чернела своей пастью пещера великой Тархи.Недалеко от входа в пещеру протекал небольшой ручей. До него можно добраться лишь пройдя по узенькой тропинке. Вода из этого ручья - вот что станет единственным источником утоления голода, пока юная волшебница находится в долине предков.Лайда, сдерживая дрожь, подошла к пещере. Из темноты пахнуло могильным холодом и сыростью. Девушка поежилась. Пересилив страх, она сделала шаг, второй… вдруг в темноте вспыхнули факелы, что крепились на стенах пещеры. Лайда огляделась вокруг и из её груди вырвался крик ужаса. Прямо перед ней высилась груда костей и черепов. Отскочив в сторону, волшебница покосилась на эту страшную кучу. Пустые глазницы черепов, будто с укором смотрели на Лайду - зачем она осмелилась нарушить их покой?Лайда знала - это останки бывших правительниц народа Тарха. После того как тело правительницы истлевало, кости обмывали водой из Студеного озера и переносили сюда - в пещеру великой Тархи. Когда-нибудь и ее косточки обретут здесь свой покой. Если, конечно, она живой покинет долину предков.Придя немного в себя, Лайда посмотрела в дальний угол пещеры. Там высился надгробный камень великой. Каменный пол перед камнем был гладким - его отполировали колени тех, кто приходил сюда просить великую Тарху открыть им глаза. Тут же стоял кувшин, с которым удобно ходить к ручью за водой. Лайда вздохнула, подняла кувшин и отправилась к ручью.Как ни сильно было желание Лучезара обнять своих родных, однако осторожность и разум взяли верх. Кто знает, ни ждут ли его в родном доме прихвостни Гордыни? А потому, как только показались крыши домов, Лучезар свернул к реке. Пошел снег, и крупные хлопья таяли, лишь коснувшись черной глади реки. Рыбаки словно сговорились - все сидят в своих избах и носа не кажут. Разузнать, расспросить, что да как не у кого. Лишь мальчонка из села сидит на стволе поваленного дерева и что-то ножичком вырезает из деревяшки. Спешился Лучезар и, сделав знак друзьям, чтоб оставались на месте, пошел к мальчишке.- Будь здоров, Потёпа!- узнал молодец соседского мальчишку. Уж больно охоч он был до вяленой рыбки, частенько его ловили у себя на дворе и Байко и Светозар с Лучезаром. Потёпа поднял голову и хмуро глядя, ответил:- И ты не хворай, дядька Лучезар.- Какой же я тебе дядька?!- расхохотался воин,- На много ли годов я тебя обогнал?- А кто знает? Я года не считаю, я на кулаки смотрю,- и мальчишка покосился на руки Лучезара.- Да не боись, обижать не стану. Ты лучше скажи мне, как жизнь-то в селе? Всё ли спокойно? Мои-то как?- Все у твоего батюшки с матушкой спокойно. Да и в селе все по-прежнему.- А что разбойники? Почему не караулите у дороги?- Да надоело мужикам понапрасну у дороги время терять. Вот и бросили… Да и чего караулить, коли все одно не убережешь.- Ну, так хоть успеть в лесу схорониться.- Негде нам теперь схорона искать, Лучезар - вздохнул Потёпа.- Да что стряслось-то?- Да несколько дней назад проскакали по селу всадники и скрылись в лесу. Мужики только вздохнули от испуга. Только стала вдруг скотина пропадать то с одного двора, то с другого. У кого порося украдут, у кого телку уведут. У кого курей сопрут. А тут и наши вернулись, что в Карынь ездили. Говорят, стоят эти всадники в лесу - дорогу стерегут, обозы мужицкие проверяют, видно ищут кого. Ну тут и понятно стало, кто скотину ворует. Пошли было наши мужики к этим всадникам - мол, не по-людски делаете, будто разбойники. Да только прогнали они мужиков, на смех подняли!- Да откуда ж эти всадники?- Откуда неведомо. А только промеж собой лопочут они не по-нашему, словно вороны каркают.- Иноземцы никак. Ну Гордыня, наемников своих пригнал! Слушай, Потёпа, сделай милость. Сбегай к моим, покличь сюда брата моего, Светозара. Да только тихонько, чтобы остальные про то не ведали.Потепа пожал плечами и не торопясь, вразвалочку пошел к селу.Лайда с трудом поднялась с колен. Кувшин был пуст, и надо наполнить его водой. От голода девушку трясло и качало. Все тело болело и ломило - сказывались холодные ночи на сыром каменном полу. Выйдя из пещеры, волшебница с тоской посмотрела на заходящее за холмы солнце. Вот уже и третий день на исходе, а великая Тарха не хочет услышать мольбы Лайды. Еще пару дней и девушка погибнет здесь от холода и голода.«А может это и есть воля великой? Моя смерть? Но кто тогда станет править народом, когда придет мой черед?».Опустившись в изнеможении наземь перед ручьем, Лайда наполнила кувшин. С каждым разом кувшин казался все тяжелее, и сейчас руки не слушались и не хотели поднимать эту ношу. Однако без воды её ждет верная смерть. И лишь это заставляло волшебницу нести тяжелый кувшин в пещеру.И снова, как только нога девушки коснулась каменного пола пещеры, зажглись факелы. На груду костей Лайда уже не обращала внимания - на страх не было сил. Опустившись на колени перед надгробным камнем, девушка съежилась от холода.«Ну почему, почему ты не хочешь услышать меня, великая? По-твоему, я за