сом осознал Ярыш. Он не то чтобы боялся смерти. Но одно дело погибнуть в бою, а другое дело лишиться жизни по собственной дурости. Перед взором вдруг пронеслись лица Лучезара, Саялы, покойной матери, отца…Осталось лишь надеяться, что охотники, заметя долгое отсутствие Ярыша, начнут его искать. И тут степняк вспомнил про рог, который подарил ему старый Тур. С отчаянием он поднёс рог к губам, и с последними силами дунул. Тревожный призыв слетел с холма и разнесся по округе. Уже теряя сознание, Ярыш снова дунул в рог. И снова округу облетел тревожный призыв.На белом снегу распластались два окровавленных тела. Дикий зверь не подавал признаков жизни. Но человек был еще жив. Голубая жилка на шее еще пульсировала, грудь еще вздымалась…Лайда в этот день решила навестить своего брата Юлая. С тех пор, как Юлай перебрался в отдельный шатёр на половину молодых воинов, девушка не так уж и часто могла поговорить с братом, как в старые добрые времена. И хоть их разговоры частенько превращались в перебранку и в адрес друг дружки они отпускали различные колкости, всё же нежные чувства и привязанность были выше всего этого.Возле шатра Юлая, где примостились брат с сестрой на старом бревне, было солнечно. Девушка подставляла лицо ласковым солнечным лучам и улыбалась от удовольствия.- Смотри, обгоришь, станешь чёрной как фартук кузнеца. Кто потом тебя замуж возьмёт? - Юлай начал обмен колкостями.Лайда неопределённо пожала плечами и ответила, не скрывая ехидства:- Чем обо мне переживать, о себе подумай. Сам-то всё еще невестой не обзавёлся. Все твои друзья с подружками вокруг Студеного озера гуляют, а ты всё один сидишь.- Так мне ж не к спеху. Меня Великая Яхха не торопит…- за свои слова Юлай получил локтём в бок от сестры. Лайда же, помолчав, нарочито равнодушным голосом начала:- А как тебе юная шатёрница? Саяла, кажется, её зовут. Чем не невеста?Юлай удивленно посмотрел на сестру:- Саяла? Так она вроде на Ярыша поглядывает. Да и не нравятся мне такие неженки. Её руки тяжелее иголки ничего не поднимали.- Ну, не её вина, что шатёрницы не обучаются воинскому делу. Их ручки должны оставаться нежными, чтобы ткать самые тонкие узоры,- Лайде явно понравились слова брата. Она бы с удовольствием перемыла косточки юной сопернице. Но Юлай молчал, и Лайде пришлось самой продолжить тему:- А что, Ярышу она понравилась? Что он в ней нашёл?- Нравится наверное. Я с ним про то не говорил. Верно, у них в степи девушки похожи на Саялу - такие же неженки. У степняков женщины не обучаются воинскому ремеслу.Лайда пренебрежительно фыркнула. Каждая женщина должна уметь постоять и за себя и за свою семью, коли придёт на то нужда. А какой толк от Саялы? Чем она будет защищаться от врага - иголкой что ли? Словно размышляя вслух, девушка пробормотала:- И зачем ему эта малявка? Будто нет других девушек, - что-то в голосе Лайды заставило Юлая внимательно посмотреть на сестру. Ему показалось или…Тут над головой раздалось громкое хлопанье, и брат с сестрой увидали спускающуюся с небес крылатую тройку. Повозка опустилась на землю и с неё спрыгнули встревоженные охотники. А затем они бережно сняли с повозки плащ, на котором лежал окровавленный Ярыш. Охотники понесли Ярыша к его шатру, а Лайда и Юлай побежали следом.Старый Тур велел одному из собратьев:- Живо найди Зарину или Литту!- и охотник скрылся за шатрами. У Лайды в голове вдруг пронеслась мысль, что и Зарина и Литта сегодня отправились к каменоломням и, кажется, еще не вернулись. Девушка присела возле Ярыша - богатырь был в беспамятстве, а его бескровные губы говорили сами за себя.- Юлай! Помоги мне осмотреть рану!- голос Лайды был твердым и уверенным. Юлай сразу понял, что сестра от него хочет. Осторожно разрезав на Ярыше пропитанные кровью кожаную безрукавку и рубаху, Юлай освободил грудь и плечо друга от лохмотьев одежды. Увидев рваную рану на плече, Юлай только вздохнул. Лайда же из складок одежды вынула чудесный платок и приложила его к ране. Кровь тут же пропитала тонкую ткань, но рана кровоточить перестала. Однако вся грудь, руки степняка были покрыты глубокими порезами и царапинами - следы от когтей.В это время к шатру Ярыша подошла Саяла. Она и не подозревала, какое несчастье случилось с её другом. Увидев распростёртое тело Ярыша, Саяла остолбенела:- Что… что случилось?Лайда подняла голову и отрывисто бросила Саяле:- Саяла, Ярыш потерял много крови! Помоги мне!Саяла посмотрела на рваную рану и вдруг побледнела:- Но… Лайда, я не могу… Я ужасно боюсь крови…. Кажется, я сейчас упаду в обморок…- девушка и впрямь покачнулась, и старый Тур подхватил девушку. В лице юной шатёрницы не было ни кровинки.- Пойдём, пойдём, Саяла. Нечего юным девицам смотреть на кровь,- старый Тур повёл девушку прочь.- Юлай, принеси воды и порошок горькой травы. Живо!- парень метнулся с глиняной плошкой в сторону ручья, затем в своём шатре нашел порошок горькой травы - каждый уважающий себя воин должен иметь такой порошок, он хорошо останавливает кровь и заживляет раны. Принеся требуемое сестре, Юлай стал наблюдать за действиями Лайды. Девушка одним движением руки подогрела воду в плошке и сыпанула полную горсть порошка. Затем обмакнула в это зелье чистую тряпицу и стала обмывать раны степняка. При этом её губы беспрестанно что-то шептали, и Юлай догадался - сестра снимает боль заговорами.Когда Ярыш очнулся, он сначала не понял, где он и что происходит. Склонившаяся над ним Лайда была серьезна как никогда, а в глазах волшебницы плескалась тревога. Беззвучно шептавшие что-то губы произвели на степняка завораживающее действие. Ярыш опустил глаза и увидел свою растерзанную грудь. Руки Лайды порхали над ним и их прикосновения были бережны. Ему показалось, или Лайда и впрямь касается его ран с осторожностью, будто боясь причинить лишнюю боль?Лайда заметила на себе изучающий взгляд степняка и в её глазах тревога сменилась холодным равнодушием.- Сейчас будет больно. Потерпи, - бесстрастно произнесла волшебница. Смоченной в зелье тряпицей она осторожно прикоснулась к ране на плече. Ярыш только заскрипел зубами. Губы Лайды торопливо что-то зашептали, и Ярыш почувствовал, как боль стихает и уходит.Тут наконец явилась Зарина и Лайда с облегчением вздохнула. Целительница осмотрела израненного охотника и похлопала волшебницу по руке:- Ты всё сделала правильно, Лайда! Не зря, в свое время ты была одной из лучших моих учениц. Я пойду, приготовлю для Ярыша отвар - ему нужно восполнить силы. А ты пока перевяжи его. С помощью Юлая Лайда перевязала плечо степняка. Остальные охотники увидев, что Ярышу больше не угрожает опасность, занялись тушей дикой кошки, которую успели принести из леса. Юлай пошёл позвать кого-нибудь из них на помощь - степняка нужно было перенести в шатёр. Как только возле степняка осталась одна Лайда, Ярыш спросил:- Зачем ты это делала?- Ты о чём?- волшебница удивилась странному вопросу.- Я же знаю, Лайда, что ты всё считаешь меня чужаком. И ты не рада тому, что я живу в холмах. Зачем ты возилась со мной? Оставила бы заботам Зарины.Лайда равнодушно повела плечом:- Великая Яхха приняла тебя, и нравится мне это или нет - ты теперь один из народа Тарха. Зарины рядом не было, а я не могла оставить без помощи своего собрата.Тут подошёл Юлай с другими охотниками, и Лайда поспешила покинуть половину молодых воинов.Когда Лайда шла через лагерь к своему шатру, её окликнула Саяла. Шатёрница была всё еще бледна, но в глазах её читалось смущение и раскаяние.- Лайда, как он?- шатёрница немного робела перед более взрослой и смелой волшебницей.- Всё в порядке. С ним сейчас Зарина.- Он не обиделся на меня? Но я и впрямь не переношу вида крови.- Он был в беспамятстве. И не видел твоего предательства,- взгляд Лайды был полон пренебрежения.Саяла покраснела. Ей было ужасно стыдно за свою слабость. И больше всего её беспокоило то, как отреагирует Ярыш, когда узнает. Вид шатёрницы был настолько жалок, что в душе Лайды шевельнулось чувство, похожее на жалость.- Лучше будет, если ты сама ему расскажешь что и как. Ведь в чужих устах это может прозвучать иначе. И если ты и впрямь хочешь быть со степняком, тебе нужно одолеть свой страх.- Но зачем? Есть же Зарина. А вдруг у меня так и не получится?Лайда усмехнулась:- Зарина не всегда может быть рядом. А вместо меня рядом с Ярышем сегодня могла оказаться хорошенькая Литта, с её огненными локонами. Уж она-то не только бы исцелила Ярыша, но сделала бы всё, чтобы понравится ему. Да и мало ли у Зарины хорошеньких учениц? Своего мужчину нужно исцелять самой, чтобы руки других волшебниц не касались его!