— Лина, — поправила ее Снежная королева с плохо скрываемым раздражением. — Что ж… Думаю, все обратили внимание на то, что в данном произведении противопоставляются два мира. Это мир человека — его теплая комната с лампочкой вместо солнца. И мир синички — природа. Герой-рассказчик пытается связать эти два мира, проложить дорогу между ними и позволить птичке пройти по ней. Он раскладывает зернышки на линейке, приманивая синичку в свою комнату, в свой мир…
В этом мире люди так забавно мыслят. Придумывают другие миры, анализируя детский рассказ, но при этом категорически не желают верить в уже существующие. Трусливо отказываются от собственной фантазии, как только та покидает пределы разума и превращается в реальность.
Лина еще долго говорила о других мирах, анализируя рассказ. Ее слова придавали форму столь оригинальным и смелым идеям, что Зарина невольно заслушалась. Ее даже оставила в покое до самого конца мастер-класса мысль о том, что ей скорее нужно выбираться отсюда, из этого чужого мира. Но стоило уроку закончится, как к Заре вновь пришло щемящее беспокойство и желание сделать уже хоть что-нибудь для своего возвращения домой. Все сегодняшнее утро она плыла по течению, делала то же, что и все. Да, это было необходимо, чтобы не выделяться и не привлекать к себе лишнего внимания. И, да, в какой-то степени это даже было интересно. Вот только вряд ли эти занятия помогут ей поскорее подчинить себе новый дар и открыть портал домой.
Нужно время. Время, терпение и удача. И я выберусь отсюда.
Глава 8
Кофе мой друг — Нервы
Солнце уже пересекло туманную черту горизонта, и теперь над ней стремительно догорало малиновое зарево заката. Но в окнах комнаты Зарины, выходящих на восток, небесное полотно было зеленовато-синим. Внутрь проползал лишь бледный сумрачный свет, тонкой вуалью покрывая сиреневые локоны девушки. Зара сидела на подоконнике, поджав под себя ноги и положив руки на колени. Серебряные колечки выжидательно поблескивали. Глаза Зарины были закрыты, а все внимание обращено вглубь той таинственной части себя, где прятался ее дар. Сосредоточенно стиснув зубы, она упорно твердила одно единственное слово.
Портал. Портал. Портал.
Зарина сидела так уже минут десять, а значит, скоро должна была прийти Адель. Не исключено, что вместе с ней в их комнату с всегда открытой дверью — в прямом и переносном смысле — заглянет еще пару человек. На предстоящем вечернем деле их команда будет выступать с песней-переделкой. Текст они сочинили еще до ужина, но теперь было бы неплохо хотя бы разок отрепетировать постановку. По сути, Зару не должны были волновать подобные вещи, ведь они происходили в мире, который она в кратчайшие сроки собиралась покинуть. Но пока она все же находилась здесь. А вместе с ней и ее желание сделать все наилучшим образом.
Портал! — в очередной раз настойчиво произнесла про себя Зарина и щелкнула пальцами. Именно так обычно ее мать совершала прыжки в пространстве и времени. Но у Зары почему-то это не работало. Ее терпение было на исходе. Она шумно вдохнула, сжала вспотевшими руками виски и хотела уже было закричать от бессилия, как в коридоре послышалось шуршание.
— Зара, мы идем репетировать в холле на первом этаже, — прозвенел голос Адель. — Я пока забегу за Алиной, а ты спускайся. А то до ВД времени мало осталось.
— Хорошо! — чрезмерно бодро крикнула ей в ответ Зарина.
Она снова вздохнула, мысленно досчитала до пяти, улыбнулась и, спустившись с подоконника, направилась в сторону двери. Что ж, раз не получается прыгнуть, придется пока плыть.
Звук поставим на всю, и соседи не спят,
Кто под нами внизу, вы простите меня.
А потом о любви говорить до утра.
Это юность моя. Это юность моя.
— Да, думаю, подойдет, — кивнул Алекс. — Ритм подходящий, рифму будет подобрать несложно.
Алина отложила гитару, белую с грифом цвета молочного шоколада. Алекс принес ее в 317, чтобы подготовиться к сегодняшнему ВД. Изначально Аля хотела взять на себя только роль поэта — придумать слова для песни-переделки. Но при виде музыкального инструмента в ней тут же проснулся и гитарист.
— Неплохо играешь, — улыбнулся Алекс, вставая с кресла и подсаживаясь рядом на кровать. — Где училась?
— Парень научил… — Алина замялась. Она пропустила меж пальцев черный шнурок и нащупала подвеску-якорь. Аля всегда так делала, когда нервничала. — Друг… Ну или, скорее, уже просто знакомый.