— Пройти можно? — пробасил незнакомец.
Руслан, уже успевший вспомнить несколько приемов, которым его обучили на занятиях по боксу, мигом посторонился. Викинг был явно не в его весовой категории. Незнакомец что-то буркнул — Руслан искренне пожелал, чтобы это были слова благодарности, а не какое-нибудь проклятие — и потянул на себя дверь. Только теперь, обратив внимание на черную с металлическим блеском табличку, Руслан осознал, что находится у кабинета А. Г. Мирановой — в запретной зоне. Пальцы нервно сжали телефон, и на экране высветилось время. Без 20 минут 9.
— Слава Марианне! — облегченно выдохнул Виктор, высовываясь из второй спальни. — Вы наконец-то закончили, и мои уши даже не успели свернуться в вафельные трубочки!
— Почему вафельные? — усмехнулся Алекс, убирая гитару в кейс.
На сегодня песни закончились. Через пять минут в силу вступало правило «голову с плеч всем осмелившимся выйти в коридор», а через 20 минут — сам отбой.
— Потому что ты своими струнами и вы, — с наигранным упреком посмотрел Виктор на Адель и Зару, единственных оставшихся в комнате гостий, — своими воплями исполосовали мои уши вдоль и поперек. Вот и получились вафли!
За спиной Виктора послышалось визгливое хихиканье. Зара чуть наклонилась, огибая взглядом светлый чубчик стоящего перед ней парня, и увидела в соседней спальне дуэт «М-да, трэш». Лиля забралась на кровать Виктора с ногами, даже не сняв усыпанных крупными стразами кроссовок. Рита сидела рядом, поджав одну ногу под себя, а другую поставив на пол. Она старалась и не отставать от подруги, и не слишком сильно нарушать нормы приличия. Но так как все это Рита делала одновременно, толком у нее не получалось ни то, ни другое.
— Ой, да не паникуй ты так! Зато теперь тебя можно называть сладеньким, — хищно облизнулась Адель, поправляя на голове ободок с лисьими ушками.
Виктор нервно сглотнул и, осознав, что смущенного румянца ему не избежать, поспешил скрыться за дверью. Адель звонко засмеялась, а затем извиняюще передернула плечами.
— Я не специально! Оно само.
Зара осуждающе покачала головой, но тоже не сдержала улыбки. Будь у нее парень, она бы не смогла, наверное, вот так разбрасывать подкаты направо и налево. Даже шуточные. Порой она слишком серьезно относилась к некоторым вещам, например, к чувствам и отношениям. Не только любовным, но и общечеловеческим в целом. Она вечно стремилась в них разобраться, порыться. Зара понимала, иногда стоит просто остановиться и понаслаждаться моментом. Закрыть глаза на правила, диктуемых обществом, убрать тески-ярлыки, мешающие дышать полной грудью. Друг, лучший друг, парень, лучшая подруга… Какая разница, если тебе хорошо с этим человеком? Она часто думала об этом, но при этом продолжала копаться в себе и в окружающих, пытаясь во всем найти особый смысл. Однако чаще всего таким образом находила лишь проблемы.
— У вас осталось три минуты, чтобы добежать до своей комнаты, — напомнил им Алекс о скором отбое.
— О-оу, — спохватилась Адель и направилась в сторону двери.
Зарина было пошла за ней следом, но потом вдруг замедлила шаг у кровати Алекса. Тот все еще застегивал кейс, поэтому не сразу заметил Зару.
Вдох-выдох. Давай. Сейчас или никогда. Завтра уже не сработает. Натягивай любимую маску безмерной уверенности в себе и действуй.
— Ты меня так и не обнял, — с упреком произнесла Зарина, складывая руки на груди.
Целон и Солнце, что я творю? Я же сама ушла тогда из холла. Не должен же был он за мной бегать весь день, за каждым углом предлагая бесплатные обнимашки!
Алекс медленно отодвинул кейс на край кровати, сминая шоколадное покрывало, а затем поднял глаза на девушку. Кристально-голубые, чистые и… непонятные. Не сумевшая прочитать, что именно скрывается за этим взглядом, Зара панически сглотнула, на мгновение позволив истинным эмоциям отразиться на лице.
О боги, вот дура. Самоуверенная дура! Сейчас он рассмеется, а я рассмеюсь в ответ. Может, так будет даже лучше, ведь, решив, что моя симпатия — просто шутка, он не будет видеть ее такой, какой ее привыкли видеть все между парнем и девушкой.
Затерявшись в мыслях, Зарина упустила те несколько секунд, за которые Алекс успел подняться с кровати и подойти к ней. Твердая рука легла на талию и притянула девушку к парню. Сиреневые локоны упали на белую футболку. Звякнули серебряные колечки. Губы Алекса тронула мягкая улыбка. И хоть прижатая к его груди Зара и не могла ее заметить, она тоже улыбнулась. Нос защекотал приятный запах имбиря и лимона, а в голове вдруг всплыли строки последней спетой сегодня под гитару песни: