Парень потоптался еще пару секунд на месте, потом резко развернулся и крупными шагами заспешил к лестнице.
— Чего это он? — нахмурилась Зара, присаживаясь на только что освобожденное Виктором место и протягивая Адель стаканчик. — Сбор же через три минуты. Куда это он поскакал?
— Разрабатывать план курсов французских поцелуев, очевидно, — усмехнулась Адель и сделала глоток. — Забавный такой.
— Какие курсы, Адель? — прищурилась Зара. — Какие поцелуи? Вы что, поцеловались? Ты с Виктором⁈
— Ну-ну, потише, — шикнула на нее подруга.
— Кто? Адель с Виктором⁈ — послышались вопли из коридора. Чуть позже в дверном проеме появилась и произнесшая их девушка. Вытаращив и без того большие глаза, Надя пулей подлетела к подругам и плюхнулась перед ними на корточки. — Во дела!
— Все к этому и шло, — уверенно протянула Любовь, появившаяся на пороге следом за Надей. Под руку с ней шла Вера с двумя растрепанными косичками и чуть съехавшими набок очками. — А я говорила! Говорила, что он по-особенному на нее смотрит.
— А как же твой парень? — непонимающе уставилась на подругу Зара.
Адель убрала ото рта стаканчик и по очереди одарила осуждающим взглядом каждую из голосистых сводниц.
— Девчонки, вы чего? — с легкой обидой протянула она. — Какой Виктор? У меня парень есть — моя Булочка с корицей. Мы с ним уже два года вместе. Я люблю его безумно и ни на кого не променяю. Про Виктора это просто шутка была. На фиг мне этот француз сдался?
— Так вы не целовались? — решила уточнить Надя.
— Нет!
По залу прокатилось три разочарованных вздоха и один облегченный. Последний принадлежал Зарине.
Виктор на мгновенье выглянул из-за угла и вновь прижался спиной к стене. Она приятно холодила затылок. А увиденная секунду назад картина грела душу. Вот она, Адель, сидит на диване, поджав под себя одну ногу и беспечно качая второй в такт играющей в наушнике мелодии. Рыжие волосы растрепаны, пару прядей спадают на лоб. Ему так и хочется убрать их с лица и рассмотреть поближе ее серые, как утренний туман, глаза. Хочется увидеть в них что-то кроме хитрых искорок и мягкой насмешки. Она ведь единственная, кто не жалеет для него внимания. Кто видит в нем парня, а не безмолвного пажа.
— Виктуар!
Слащаво растягивая имя, Лиля подошла к парню и положила руку ему на плечо. Тот тут же очнулся, вернувшись в реальность.
— Ты идешь? — спросила девушка и, не дожидаясь ответа, подтолкнула Виктора ко входу в зал. — Опаздывать на сборы здесь имею право только я. Если из-за тебя нам перенесут отбой, мне придется самой писать этот идиотский стих! Кто вообще мог придумать такое дурацкое задание? Я и так не поэт, а эта белобрысая грымза еще и хочет, чтобы я его на другом языке накалякала.
Сегодня на лекциях ребята учились анализировать стихи, а в качестве задания Миранова поручила им написать свой собственный. На первый взгляд, к дарам это никакого отношения не имело. Однако на самом деле подобные занятия помогали структурировать мысли, что было особенно важно сознанникам, да и другим сверхам только на пользу.
— Ты можешь написать и на русском, — пожал плечами Виктор. — Агриппина Геннадьевна сказала, что на иностранном сочинять не обязательно. Это спецзадание для тех, кто…
— Да-да, помню, — перебила его Лиля. — Для тех, кто знает другие языки. Ну или для тех, кто знает тех, кто их знает. Как в моем случае, например… — Лиля чарующе улыбнулась и заправила за ухо светлую прядь. — Неужели тебе так трудно мне помочь? Я же столько всего для тебя сделала.
Виктор нахмурил лоб, пытаясь вспомнить, что именно она такого для него сделала, но на ум ему так ничего и не пришло. Видимо, что-то поистине грандиозное.
— Так поможешь? — просительно взглянула на него Лиля, повисая у парня на плечах.
— Ладно, — сдался Виктор.
— Мерси, — довольно протянула она и чмокнула парня в щеку. — Bise, так там у вас говорят?
Виктор озадаченно почесал затылок, хлопнул пару раз длинными ресницами и кивнул. Девушка надменно усмехнулась и дернула парня за руку. Виктор послушно поплелся следом.
Глава 27
All eyes on you — Smash Into Pieces
Первая лекция подошла к концу. По расписанию ее должна была вести одна из молодых учительниц, проходящая в «Луче» практику. Она уже как-то заглядывала к ребятам и большинству понравилась куда больше Мирановой. Потому ли, что мило улыбалась во время урока, или потому, что ничего не задала после, Агриппина Геннадьевна точно не знала, но на всякий случай решила устранить соперницу. Миранова отправила ее в другой филиал, взяв ее часть учебного плана на себя. Агриппина Геннадьевна чувствовала, в этот раз ее ждет неплохой улов сверхов. Она не собиралась ни с кем делить лавры и тем более премию, обычно начисляемую ей за удачную смену. А практически каждая ее смена была удачной. Миранова знала, что ни один ученик не попадает в «Луч» просто так. Министерство приглашает сюда лишь тех подростков, у кого есть предпосылки к раскрытию дара. Оно тщательно следит за вспышками энергии, аномальными явлениями, изучает родословную подозреваемых, пытаясь выяснить, является ли человек сверхом еще до того, как он окажется в стенах «Луча». Миранова сама когда-то работала в Отделе расследований, прекрасно знала эту систему изнутри и полностью ей доверяла. Сотрудники Межмина совершали ошибки реже, чем комета Галлея возвращалась к Солнцу. А это значило, любой из оказавшихся в лагере подростков с вероятностью 99% являлся сверхом. Чтобы раскрыть его, нужно лишь дать ему пару специальных заданий, вывести на эмоции, и дело в шляпе. А премия в кармане.