Ричард подвел Мэг к пожилой даме в костюме танцовщицы Бачелли, несколько неожиданном для ее возраста. Она сидела в глубоком кресле, положив на колени обвешанный колокольчиками бубен. Кокетливый тюрбан, украшенный голубыми лентами, все время съезжал ей на лоб, и леди забавно вскидывала голову, стараясь водрузить его на место. Лицо ее излучало добродушие, легкую насмешливость.
— Мама, это Маргарет Уолленстоун, — сказал Ричард.
По выражению его голоса Мэг поняла, насколько он привязан к матери.
— Милочка, — радостно воскликнула миссис Стоун, — как вы очаровательны! Ричард рассказывал, что вы красивы, но я не предполагала, что настолько.
— Разве? — удивленно спросил Ричард и пожал плечами.
— Ну, значит, я сделала такой вывод из твоих слов, — не сдалась веселая дама и сильно ударила в бубен.
— Очень смелый вывод, — усмехнулся Ричард.
— Вы непременно должны посетить меня. Чем скорее, тем лучше. — Она легко поднялась, и Мэг показалось, что сейчас последуют несколько замысловатых па с бубном.
В это время к Мэг подошел Генри и пригласил на следующий танец.
— Какая милая у Ричарда мать! Они совсем не похожи, — сказала Мэг, вальсируя с Генри.
— Эта милая дама может быть такой же жесткой и высокомерной, как ее сын. Аристократия! Все Стоуны одинаковы, — неожиданно зло ответил Генри.
Мэг не хотелось слышать ничего плохого о Ричарде и его семье. Она переменила тему разговора.
— А почему здесь нет Розового мальчика?
Генри изменился в лице.
— Как, и ты веришь в эту чушь? — удивленно спросила Мэг.
— В это верят все. И Кэролайн видела его незадолго до смерти в своей спальне.
Мэг похолодела от страха.
— Она просто боялась показаться смешной и никому, кроме меня, не рассказала об этом, — продолжал Генри.
— Зачем ты пугаешь меня?
— Я бы не стал, но это зловещее привидение что-то зачастило в спальню. Почему бы тебе не перебраться в правое крыло?
— Поближе к тебе? — спросила Мэг, пытаясь кокетливо улыбнуться, но улыбка получилась жалобной.
— Послушай, Мэг, ты слишком дорога мне, чтобы я мог позволить тебе рисковать. — Генри нежно взял ее руку в свою.
— Мне нужно подкрасить губы, — сказала Мэг, желая прервать неловкую сцену, и направилась в дамскую комнату.
Когда Мэг вернулась в зал, Генри куда-то исчез. Ее это даже обрадовало. Не дай бог, начнет объясняться в любви! Что ему ответить? Мэг не представляла Генри в любовной сцене — милый остроумный собеседник и только. Зато Ричард… Наглый, самовлюбленный павлин, быстро сказала она себе. Кажется, у нее закружилась голова. Она вышла на темный балкон и жадно глотнула прохладный сумеречный воздух.
Ночь была полна очарования. Черное небо пестрело серебряными искорками. Над крышами домов висела полная луна. Внизу, наслаждаясь субботним вечером, сверкал огнями город. Раздавались гудки машин, громко пробили часы на башне городской ратуши, взрывались букеты праздничного фейерверка. Мэг прислонилась щекой к шершавому камню и закрыла глаза. Тут же возникло насмешливое лицо Ричарда Стоуна. Мэг тряхнула головой, видение исчезло, но словно в насмешку она совсем рядом услышала знакомый голос.
— Я не думал, что ты появишься здесь, Генри.
— Я приехал из-за Мэг.
— Кстати, о Мэг. Оставил бы ты эту девочку в покое.
— Она не девочка, Ричард.
— Да? А кто же?
— Женщина, прелестная женщина. Так ему, Генри, молодец, пусть знает! Мэг чуть не запрыгала на месте от восторга.
— Вот как? — Голос Ричарда звучал сухо. — И все же я должен предупредить тебя, Генри…
Торжественный марш, зазвучавший из зала, заглушил его слова. Мэг чуть не застонала от разочарования. Казалось, музыка играла целую вечность. Огоньки сигарет погасли, и девушка едва успела вжаться в стену, пропуская мужчин, молча проследовавших в зал. Господи! Чтобы этому проклятому маршу подождать хотя бы минуту, думала она, покидая балкон вслед за ними.
На середину зала вышел маленький толстый коротышка в зеленом камзоле. «Джон Килмори, 1768 год», — машинально отметила про себя Мэг. Коротышка неожиданно глубоким басом объявил:
— Единогласным решением жюри королевой бала объявляется мисс Маргарет Уолленстоун!
Зал взорвался аплодисментами, к которым присоединился серебряный звон колокольчиков миссис Стоун.