Мэтти улыбнулась.
– Мы должны зайти. Они нас ждут.
Рэни взяла Мэтти под руку.
– Надеюсь, так оно и есть.
Глава 33
Элвис Пресли
– Мисс Белл! Миссис Сильвер! Какая радость видеть вас!
Дерри встретил Мэтти и Рэни сразу же за дверью. Его волосы, напомаженные «Брилкримом», торчали в разные стороны.
– Извините за прическу. Я хотел поправить челку, но только все усугубил.
– Дайте мне расческу, молодой человек. Я покажу вам, как это делается, – предложила Рэни. – Нагнитесь немного… Чуть больше, дорогой… Вот так…
Старушка взялась за дело, расчесывая и зачесывая волосы менеджера бара, и через пару минут на его голове, поблескивая, красовалась челка, которой гордился бы любой тедди-бой.
– Ну вот.
Дерри пригнул голову, чтобы увидеть свое отражение в стекле, покрывающем информационное табло в фойе клуба.
– То что надо! Большое спасибо, мадам. – Наклонившись, он чмокнул Рэни в щеку. – Вам следует это увидеть. Гил и Кольм все здесь переделали. Позвольте мне вам показать.
Мэтти взглянула на Рэни. У нее в животе вдруг запорхали бабочки.
– Готова?
– Готова. Пошли.
Дерри толкнул двустворчатые двери.
– Позвольте мне представить «Пальмовую рощу» 1956 года!
От увиденного у Мэтти перехватило дыхание. Рядом с ней вслух выругалась Рэни.
Красиво. Там, где прежде глаз видел лишь темные стены и пол, теперь были кремового цвета атлас и теплые оттенки дерева. Вокруг танцпола и сцены по широкой дуге были расставлены столики, покрытые белыми скатертями, достававшими чуть ли не до пола. Каждый столик окружали шесть золоченых стульев, спинки которых сзади украшал кремового цвета атласный бант. В центре располагались хрустальные люстры с высокими белыми свечами. Еще больше свечей было вставлено под стекло фонарей «летучая мышь», развешанных по краям танцпола и сцены. Когда их зажгут, они зальют все вокруг теплым, мерцающим светом. Высоко над центром зала три огромные хрустальные люстры, свисающие с осветительной рамы, посылали водопад светлячков всех цветов радуги на поверхность пола и столы внизу.
Возле сцены рассаживался танцевальный оркестр. Золотисто-кремовые пюпитры украшали две буквы – П и Р. Знак между ними сверху был украшен стилизованными листьями пальмового дерева. На новенькой танцплощадке репетировали под джазовую музыку несколько танцоров.
Тем временем все внимание Мэтти поглотила сцена. На глазах у нее выступили слезы. Старые красные бархатные занавесы, которыми Мэтти восхищалась во время ее первого визита в клуб, теперь соседствовали с двумя новыми горизонтальными полотнищами мерцающего золота.
– Точно так, как я запомнила, – выдохнула Рэни.
Мэтти приобняла старушку, и та громко всхлипнула.
– Парень постарался на славу.
Словно по сигналу, на середину внушительной сцены вышел Гил. Одет он был во все черное, как молодой Джонни Кэш: черные джинсы и черную рубашку с расстегнутым воротом и закатанными до локтей рукавами. В руках он нес папку-планшет. Это привлекло внимание Мэтти. В то же мгновение на женщину нахлынул поток воспоминаний, от которых она хотела отделаться. Рядом с Гилом шел другой мужчина, одного с ним роста, но с коротко стриженными золотисто-каштановыми волосами и более атлетическим сложением. Он улыбался, а вот Гил хмурился. Прямо-таки идеальная ипостась из двух братьев Кендрик.
– Кто это? – спросила Рэни.
– Это Кольм, брат Гила. Они двойняшки.
– Да брось! Они так же похожи, как я и кабинетный рояль, стоящий вот там.
– И тем не менее это правда.
– На твоем месте, детка, я бы приняла все, что бы этот парень ни подсунул мне, пусть даже это будет пересолено.
На рояле заиграли начальные аккорды «Ты любишь меня». К роялю медленно двинулась небольшая группка людей. Мэтти наблюдала за тем, как Элис, Джуна и Томми берут друг друга за руки, обнимаются и целуются, а Талия, улыбаясь, наблюдает за ними из-за рояля.
– Ну вот, они вернулись, как мы и планировали, – произнесла Мэтти.