– То есть как это «о какой»? – обиделся Адам Викентьевич,– разве вы не в курсе, что певица Степанида Туманова является моей законной, венчаной женой?
– Не в курсе… А… Извините.
– Да ладно, – ответил Адам Викентьевич. – не в курсе ещё очень многие, не только вы. Дело в том, что я не вовремя повредил ногу, и даже, как видите, вынужден поменять средство передвижения, так что пышных свадебных торжеств не получилось. Но это не так важно, главное, быть счастливым, верно?
– Действительно, это важнее. – согласился Матвейчук, не зная, как себя вести. Одно дело расследовать ЧП, произошедшее с малоизвестной певичкой и совершенно другое с женой всеми уважаемого человека. – Поздравляю вас и желаю счастья. Извините, что с опозданием.
– Спасибо. А к нам вы по какому случаю?
– Именно по этому самому. Как выяснилось, и это подтверждаете вы сами, ваша жена является свидетелем или участником дорожно – транспортного происшествия. Нам надо с нею поговорить, осмотреть вашу машину…
– Осмотреть машину – пожалуйста, а насчёт поговорить извините, пока не получится.
– Почему? – голос Матвейчука заметно построжал, давая понять вздорному старику, что перед законом равны все, даже люди известные и заслуженные, в том числе и члены их семей.
– Понимаете, вчера произошло так много всего, – ответил Адам Викентьевич, не обращая внимание на изменившийся тон следователя, – выступление на празднике, съёмки, затем какие – то претензии к нашему водителю, из – за чего ей пришлось садиться за руль самой. Далее неизвестные, устроившие ночные гонки по лесной безлюдной дороге и в результате страшная авария, произошедшая на её глазах… Согласитесь, что для молодой женщины это невероятный стресс. Она приехала домой в состоянии полнейшего шока и никак не могла успокоиться и уснуть. Мне пришлось дать ей снотворное, так что боюсь, раньше обеда нам её не добудиться. Надеюсь, всё обошлось без жертв?
– К сожалению, не обошлось. Двое погибших, один в реанимации.
– Неужели? Ах, какое горе… Но кто эти люди и почему они преследовали мою жену?
– Как раз об этом мы и хотели с нею поговорить. – уклончиво ответил Матвейчук. – Судя по записи на их видеорегистраторе, она, уходя от преследования, показала мастерство опытного, я бы даже сказал, высококвалифицированного водителя, хотя, по нашим сведениям, водительские права она получила не так давно. Вы можете объяснить этот интересный факт?
– Конечно, могу. Действительно, после получения водительских прав ездила она, мягко говоря, не очень. Хочу подчеркнуть, что уровень обучения этому сложному и довольно опасному делу состоит у нас далеко не на должной высоте. Однако она увлеклась вождением, а у меня не было никакого желания подвергать наши жизни риску. Поэтому я попросил своего водителя, который как раз вчера был задержан во время исполнения служебных обязанностей по каким – то непонятным причинам, позаниматься с нею дополнительно, так сказать, для повышения мастерства. А поскольку он когда – то служил в ВДВ, а затем долгое время работал в охране, что тоже подразумевает всевозможные риски, то и учил её так, как учили его самого. Весь этот процесс шел под моим наблюдением, и могу сказать точно, дался ей непросто. Конечно, не обошлось без слёз и истерик, и я не раз предлагал ей это дело прекратить, но она оказалась человеком упрямым и целеустремлённым, и, поплакав, продолжала учиться дальше. И, как видите, эти уроки ей пригодились.
– Да уж, действительно пригодились. Так вы позволите осмотреть машину?
– Конечно.
Осмотр машины ничего не дал. На ней не было ни одной царапинки.
– Откройте машину, надо осмотреть её внутри. – попросил Матвейчук.
– Внутри? – удивился Адам Викентьевич, – а внутри зачем, разве не видно, что в аварии машина не была?
– Таковы правила… – твёрдо настаивал следователь.
– Ну если правила… – протянул Адам Викентьевич, задумчиво глядя на полицейского с автоматом в руках, направлявшегося к машине, – однако, вы меня извините, но я видел в кино, как при досмотре в машины подбрасывается всевозможный компромат. Поэтому я стал придерживаться своих правил – не допускать к своей собственности никаких посторонних лиц.
– Здесь посторонних нет. – строго сказал Матвейчук.
– Так здесь и преступников нет, а я вижу перед собой человека с автоматом.
– Адам Викентьевич, вы издеваетесь? – рыхлое лицо Матвейчука покраснело, – Перед вами стоит человек, находящийся при исполнении обязанностей. Насмотрелись фильмов, понимаешь…
– И тем не менее… Я думаю, мне нужно пригласить своего адвоката, пускай он ещё раз объяснит мне мои права, а то я в правовой юрисдикции не особо силён. – Адам Викентьенвич достал телефон и начал неторопливо искать нужный номер. – Извините, всем придётся немного подождать.