Это кратенькое, в несколько картинок, сообщение было показано в заключение передачи. Поскольку ни о каком ребёнке в нём не упоминалось, оно ничего, кроме сочувствия, не вызвало ни у кого, кроме Лизаветы, и она спросила:
– Этот художник… Он вам кто, родственник?
– Художник? Какой художник? – не поняла Асенька.
– Ну вот этот, у которого погибла дочь.
– Нет, не родственник и даже не знакомый. А почему вы спросили?
– Корзину, которая лежит на вашем крыльце, он купил у меня. Я и подумала, раз она у вас, может он вам родня?
– Ну – ка, ну – ка… – сказала Надежда Семёновна, придвигаясь поближе, – давайте – ка поговорим об этой корзине и о художнике поподробнее.
– Рассказывать особо нечего. – ответила Лизавета, не понимая, откуда такой интерес к обыкновенной корзине, – у нас на трассе есть небольшой базар. По теплу я ездила туда торговать, а этот художник был моим покупателем. Однажды он накупил много ягод, грибов и молоко. Побоявшись, что в пакетах всё помнётся, он попросил меня продать вот эту самую корзину, вот и всё. А как же она оказалась у вас, если вы не знакомы?
– Девочки, это он! – обрадовалась Софья Николаевна.
– Да, похоже загадка разгадана! – согласилась Надежда Семёновна, – Надо срочно узнать номер его телефона…
– А вдруг он не имеет к нашей девочке никакого отношения? – охладила их пыл Стеша, – в передаче говорится о том, что его дочь погибла в результате несчастного случая, а вот о том, что у неё остался ребёнок, не было сказано ни слова. Значит, никакой девочки у них не было. Сам он довольно пожилой человек, в таком возрасте детей не заводят.
– Нет, девочка должна быть, – возразила Лизавета, – укладывая покупки в корзину, он говорил, что у него скоро родится внучка и её маме нужно кушать как можно больше витаминов.
– Подумать только, что такая случайность может помочь в таком важном деле. – воскликнула Надежда Семёновна.
– Ещё Вольтер говорил, что случайностей не существует – все на этом свете либо испытание, либо наказание, либо награда, либо предвестие. – сказала Софья Николаевна.
– Какой ещё Вольтер? – не поняла Лизавета.
– Да был когда – то такой умный человек…
В это время в соседней комнате заплакал ребёнок. Стеша поспешила к нему, Асенька пошла готовить питание, а Софья Николаевна с Надеждой Семёновной стали наперебой рассказывать Лизавете знакомую нам историю.
– Дело в том, что мы приехали сюда ночью, во время снегопада. По дороге произошла авария… – начала Софья Николаевна.
– Женщина, которая вела машину, погибла на месте. – продолжила Надежда Семёновна, – Кроме неё в машине не было никого, кроме маленькой девочки, спрятанной в старой, наполненной вещами корзине, которую вы только что опознали…
– Согласитесь, что всё это более чем странно – перевозка ребёнка в корзине, отсутствие каких – либо документов, а главное, крашеные волосы, – всё говорит о том, что его могли украсть. Опасаясь, что в деле может быть замешан кто – то из полицейских, мы решили искать её родных самостоятельно. Ваша корзина может послужить первой зацепкой.
Слушая их, Лизавета изумлённо покачивала головой, переживая эту трагедию вместе с ними. Эти отважные дамы нравились ей всё больше и больше. Она была очень рада тому, что встретилась с ними, и благодарна за то, что они приняли её дочь, и её саму как равных, не осуждая и не иронизируя. Кстати, спохватилась Лизавета, куда делась эта парочка?
– Катерина! – охнула она, – где Катька?
– Пожалуйста, потише… – попросила Софья Николаевна, – вы испугаете малышку.
– Слушайте! – шепнула Надежда Семёновна, показывая на дверь.
В наступившей тишине стали слышна музыка, доносившаяся из соседней комнаты. Все трое поднялись, и, ступая как можно тише, подошли к двери. Приоткрыв её, увидели стоявшего среди комнаты Родьку, игравшего на свирели так тихо и нежно, что казалось, будто музыка льётся откуда – то сверху, и кружившуюся в такт ей Катерину, похожую на лёгкую, прекрасную нимфу.
– Эта пара создана друг для друга! – прошептала Софья Николаевна, – давайте не будем им мешать.
Они потихоньку прикрыли дверь и опять сели за стол. К ним присоединилась Стеша с малышкой на руках. Лизавета смотрела на ребёнка и думала о художнике. Что, если эта девочка действительно его внучка… Он выглядел таким счастливым, когда говорил о её предстоящем рождении, о витаминах для неё и мамы, и вдруг всё обрушилось в один миг, не стало ни дочери, ни внучки… Что чувствовала бы она на его месте?
– Если нужна помощь, то я с радостью, чем смогу… – неуверенно сказала она, сомневаясь в том, что её предложение будет принято.