Сосредоточившись на болезни, заметил чёрные раны в горле, вплоть до самых лёгких, на стенках которых осели капли воды и появились тёмные пятна. Слова перестали быть для меня обязательной процедурой для создания волшбы, её позывами стали желание, мысли, ассоциации. Из кончиков пальцев вырвалось куча тоненьких нитей, они словно змеи, извиваясь, потянулись к ранам ребенка, образуя белую, светящуюся паутину. Раны уменьшались и пропадали, оставляя на своём месте привычный розоватый цвет. Вода в лёгких впитывалась в ткани организма, помогая в дальнейшем восстановлении. Чёрные пятна дались тяжело, около двадцати секунд на одно пятно. С ранами было покончено, опустив руки на шею больной, я снова запустил нити в её тело, раздражённая гортань породила хриплый, совсем не детский кашель. Жёлтый, с красными прожилками гной вылетал из глотки малышки, оседая на дощатом полу. Худая девушка, которая сопровождала меня, прикрыла рот рукой, на которой я не увидел одного пальца. Закончив, разжал руки, освободив шею девочки.
-Всё, через час проснётся, дайте ей что-нибудь тёплое и не выпускайте на улицу. Можно полотенце? – На предплечья попали капли гноя, отчаянно я пытался не запачкать новые шаровары.
-Конечно, – шёлковый, красочный голос вырвался от ранее молчащей девушки. Из недр рядом стоящей тумбы, появился лоскут льняной ткани.
-Ну, а теперь рассказывай, как в наших краях появился монах. – Старик помягчел, его взгляд перестал приносить с собой угрозу. – У нас и баб-повитух давно не было, а тут целый монах.
-Да так, долгая, грустная, и вам не нужная история. – Я вытер руки данным мне лоскутом. – Почему меня встретили вилами и топорами, неужели так на бандита похож? – После моих слов, старик замер, словно кот.
-Ноен, расскажи ему, – нерешительно произнесла девушка, – хуже всё равно не станет.
-Возможно, ты и права, Женга… возможно, – ещё какое-то время хозяин дома сидел неподвижно, – понимаешь, монах, сейчас по деревням клич пошёл, что пришло новое время и новая вера. Предлагают присоединиться к некому господину. Ну, а нам и своего хватает. Но ладно ещё это, говорят, в лесу нашем кикимора завелась, девушек да парней в лес сводит, женщин портит, а вот ребят наших попросту не находят. – Ноен был спокоен, его лицо не показывало эмоций.
-Пробовали ловить? Может, головорез какой, а вы шарахаетесь беса, – присев на стул, сказал я.
-Пробовали, да только вот не получилось ничего. Кикимора та шустрая была, в болота рванула и поминай её лихом.
-Говоришь, кикимора девушек портит, это как?
-Кикимора - это просто слово. Муж он, или баба, чёрт его знает. Но крали наши брюхатеют за два дня, худеют, болеют, и рожают, хрен пойми что, – старик сплюнул через плечо, – вроде ребенок, а из головы рога торчат, глаза кошачьи и кожа жабья. Но самое странное, бабы то наши не дают их убивать, хватаются за беса и ревут что есть мочи. Так и прожили с чертёнком неделю, так он окреп и сожрал свою мать, отца, и старшого брата. Сейчас мы, естественно, при рождении их убиваем, но… матери, как их не держи, а они все ровно найдут способ себя … того. Одна гвоздём шею распорола, другая в воду бросилась, а третья хату спалила.
-И вы, вижу, хотите, чтобы я вам помог? – Я подобрал со стола небольшой крестик и рассматривал надпись на обратной стороне.
-Да. Только вот не смеем просить этого, – Ноен снова почерствел.
-Отец, не надо! Мы всегда всё делали сами, но сейчас нашей деревне нужна помощь, – встряла Женга, сидящая рядом с девочкой. Её отец промолчал.
-Пусть дохнут, лишь бы не все.– Спустился со второго уровня пухляк, который ранее меня сторожил. – Главное, чтобы меня не попортили, а в остальном по барабану.
Парень показался мне холеным, ведущим малоподвижный образ жизни, эгоистом.
-Микула! – Глаза старика обратились на сына.– Прояви уважение. Будь добр, иди в курятнике приберись, у тебя как раз вилы с собой.
-Да по барабану, ждите меня попорченным и брюхатым, – с этими словами Микула взглянул на вилы и пошёл к двери, за которой сгустились сумерки.
-Я помогу найти беса, – всматриваясь в спину уходящего Микулы, сказал я, – завтра похожу по лесу, нужно посмотреть, что за зверь завелся в здешних местах.
Мне не ответили, старик всматривался в сполохи огня в камине. За окном завывал ветер, к которому местные жители давно привыкли. Мир покатился к чёрту, раньше были упыри да бестии, которых стоило бояться, а сейчас в лесах демоновы кикиморы водятся! И согласился я совсем не по тому, что хочу помочь людям, а скорее из-за интереса. Да, возможно слегка эгоистично с моей стороны. Только вот, у нас на хвосте орды тварей и толпа придурковатых господ, которые жаждут занять место Вельгейма. Я могу врать друзьям и окружению, но перед собой нужно быть честным!