Подняла голову и огляделась, высунувшись за полог. Казарма пуста, по слюдяным стеклам стучит дождь. Девочка вылезла наружу и, поглаживая плечи, прошла к выходу, взгляд зацепился за листок, прибитый к дверному косяку ножом.
Криста вскинула брови – нож Зима! Удлиненное лезвие причудливого цвета, отдающего фиолетовым, и с тонкой полосой меди, покрытой зарубками. Точно – его! Протянула руку и, коснувшись рукояти отдернула руку, воровато огляделась. Пробежала взглядом по неровным строчкам, покрывающим листок.
– Мы не убегаем. Ушел на охоту, если не приду к вечеру, уходи вдоль реки к городу. Я догоню тебя на следующий день. Старайся не попадаться никому на глаза.
Девочка тихо застонала и вырвала нож.
– Какой же ты дурак, Зим… я что, просто так тебе отдала нож отца?
Глава 30
Лес полнится криками, злыми, яростными и полными агонии, вплетающимися в шум дождя. Бескаел стоит в одиночестве, вертя головой и пытаясь по воплям определить куда движется Зим. В черепе пульсирует озадаченное: почему нет выстрелов?
Как все эти ветераны и профессионалы в один миг обернулись в беспомощную дичь, способную только орать от ужаса?
Пальцы скользнули по рукояти пистолета, заткнутого за пояс, спусковой механизм прикрыт железной крышкой, защищающей от воды. Если подумать, новое оружие выдали далеко не всем, а значит, остальные…
– Приманка. Да, все эти ребята просто куски мяса, призванные вымотать Зима.
До боли знакомый голос раздался за спиной, Бес развернулась, как ужаленная, вскинув пистолет. Мушка прицела замерла направив дуло промеж глаз Крисси, сидящей на поваленном дереве в добром десятке шагов. Тень забросила ногу на ногу, положив поверх колен трость и покачивая стопой.
– Привет, девочка, давно не виделись.
Палец надавил на скобу спускового крючка, сильные руки ухватили за плечи, задрали оружие и вырвали из рук. Одновременно ударили в сгиб колен, Бескаел вскрикнула и рухнула на колени, руки безжалостно заломили за спину.
Холодное лезвие коснулось шеи, надавило на сонную артерии, чуть надрезав кожу.
Крисси засмеялась прикрывая рот ладонью, дождь усилился, волосы Тень превратились в сплошную черноту, облепившую шею и плечи. За деревьями кричат и умирают люди, эльфы и дворфы. В этих криках сквозит удивление и обида, умирающие считали себя сильными и опасными бойцами, но только сейчас осознали истину.
– Ну что ты такая неприветливая, эльфиечка? Думала, я тебя тогда не заметила? – Прервав смех спросила Крисси. – Но я посчитала, что будет символично, когда две главные женщины в жизни Зима пронаблюдают его смертью. Жаль, сына не прихватила, но мальчика мучать незачем, придется ведь объяснять почему мама убивает папу, и зачем папа сделал маму хромой до конца жизни.
Бескаел вздрогнула, заиграла желваками, плотно сжав губы. Тени за спиной стоят неподвижно, готовые среагировать на любой выпад в сторону госпожи. Крисси поднялась, охнула, перенесла вес на трость и похромала к Бес.
Наклонилась, жестко ухватила за подбородок и с неожиданной силой потянула вверх, заставляя смотреть в глаза.
– Да, у него от меня есть сын. Признайся, ты ведь частенько думала, какого это, заиметь ребенка от него? Я тебе скажу – великолепно! Мальчик просто замечательный получился, сильный, крепкий и послушный.
Шелест дождя разорвал очередной вопль, оборвался на пике… грохнул выстрел, еще один и еще. Бескаел вздрагивает каждый раз, как от удара под дых, нож ёрзает по шее, опасно углубляя царапину.
– Ну вот… – Разочарованно протянула Крисси, – Похоже, нам пора…
Новый крик резанул по ушам, следом серия выстрелов и новый вопль.
– Какого… – озадаченно протянула Тень и мотнула головой на шум.
Бескаел сноровисто заломили, стянули руки веревкой и забросили на плечо.
***
Нож Кристы пугающе эффективен, рассекает кости и плоть, как боевой топорик. Руки по локоть заляпаны кровью. Расправившись с очередной группой, я привалился спиной к дереву, смахнул пот, но только размазал кровь по лицу. Грудь часто вздымается, отсутствующий мизинец ноет, боль прорастает через руку до локтя. Дождь усиливается, скрывает пространство меж деревьев, охлаждает разгорячённое боем тело и смывает кровь.
Мотнув головой, откинул волосы назад, пригладил рукой. Чувство опасности щекочет нервы, вгрызается в позвоночник у копчика. Оглядев трупы, брезгливо сплюнул под ноги, красный комок слюны затерялся среди листьев папоротника.