— Не так плохо, как ожидалось.
Краем глаза император увидел, как Криста подошла к телу Зимородка, взяла обеими ладонями за голову чуть приподняла над полом. Губы девочки дрожат, а из-под ошейника щедро струится кровь.
Мальчик рвётся из хватки Теней, сыплет проклятьями. Бескаел невидяще смотрит на мертвеца, казавшегося несокрушимым и всемогущим.
***
— Вставай!
Девичий голос разрезал безмолвие над серебряной дорожкой, я вздрогнул и вскинул голову. Теплые ладони коснулись щек, скользнули к шее и пальцы проникли под кожу.
— ВСТАВАЙ!
Глава 43
Криста запрокинула голову к потолку, ошейник мелко вибрирует, а кровь струится по шее тонкими ручейками. Пальцы погрузились в плоть Зимородка, как в сырую глину, ноги и руки умирающего вестника мелко дрожат.
— Вставай... — одними губами шепчет девочка.
Лицо бледнеет, кожа превращается в натертый воском пергамент, а черты лица заостряются. Император недовольно стрельнул взглядом, рыкнул:
— Ко мне!
Криста вздрогнула, но осталась сидеть у тела, по подбородку побежала кровь. Император дернул головой, сказал ближайший Тени:
— Притащи её сюда.
Убийца отвесил легкий поклон и двинулся к Кристе, протягивая руку, готовясь ухватить за волосы и потащить, как мешок.
— Слушай, девка...
Пальцы отлетели в сторону, срезанные взмахом ножа. Тень отшатнулся и, распахнув рот, завалился на бок, на шее открылась глубокая рана. В зале воцарилась тишина, древний бог вскинул бровь, смотря на загородившего девочку Зимородка.
Плечи ликвидатора опущены, фигура слегка согбенна, а пропитанные кровью волосы облепили лицо. В опущенной руке зло сверкает изогнутый нож, а взгляд направлен в лицо перерожденного божества. Сын, прижатый сапогом к полу, звонко засмеялся, глядя на вытянувшееся лицо императора.
Бескаел охнула, начала извиваться, пытаясь выбраться из пут. Изо рта Зимородка вырываются клубы пара. Не глядя, он протянул руку за спину, ухватил ошейник Кристы, сжал. Девочка вскрикнула, закрыла глаза, по залу разнесся скрип-стон металла, хлопнуло. Ликвидатор отбросил смятый кусок металла, а Криста, кашляя и хрипя, уперлась руками в пол. На глазах навернулись слезы облегчения, на шее красуются множество глубоких ранок.
— Ты! — Прорычал бог, поднимаясь с алтаря и делая шаг на встречу. — Ты же умер!
— Да, но я обещал убить тебя.
Тени переглянулись и со всех концов зала, метнулись к Зимородку, занося теневые клинки. Алые лезвия срезали предателей, как тростник, до Зима долетели брызги крови. Ликвидатор подвигал ножом, улыбнулся, не отводя взгляда от лица бывшего напарника.
Веревки с Бес срезало кровяным клинком, эльфийка отбросила опешившего охранника и подбежала к Младшему Зимородку. Мальчик, не замечая её, смотрит на отца, а на лице отражается борьба ненависти и обожания. Криста обессилено опустилась на пол, обхватила ладонями виски и кровяные лезвия распались.
— Бес, забери детей. — Спокойно сказал Зим, не глядя на эльфийку.
Черноволосая кивнула и, держа мальчика одной рукой, подцепила Кристу. Дождавшись, пока она скроется в коридоре, Зимородок хрустнул шеей, поочередно опуская голову к плечам.
— Надеешься убить бога?! — Взвигнул император, прячась за спинами уцелевших солдат.
— Старого, ослабшего, не освоившегося в новом теле. — Сказал Зим, глядя на приближающегося бога, метка на груди начинает болеть. — Да, я убью его.
***
Кулак со свистом рассек воздух перед носом, я усмехнулся и прыгнул в атаку. Лезвие ножа высекло искры из кожи на руках, звякнуло, ударившись о шею, оставило едва заметную вмятину.
— Щенок, — процедил бывший Джаггернаут, — Я — Бог!
Промолчав, я увернулся от серии атак, способных расколоть скалу. Божок движется медленнее Джаггернаута, но с каждой секундой ощущение силы, исходящее от него усиливается. Еще немного, и он сможет размазать меня движением брови.
Со спины на меня набросился крупный дворф, обхватил за ноги и получив удар отлетел к стене, сбив набегающих, ударился о камни... Божок обхватил меня, сдавил, прижимая к груди.
— Я раздавлю тебя, как...
Он поперхнулся, когда нож по рукоять вошел в глазницу, с натугой, словно в подсохшую глину. Я провернул рукоять, наслаждаясь скрежетом металла по кости... фантомное чувство стегануло по нервам, словно лопнула натянута струна, протянувшаяся через весь мир.