Мгновение спустя потускневшие от усталости глаза вспыхнули, и она облегчённо вздохнула, с волнением обшаривая взглядом застывшего рядом с Эраном сына. Почти с усилием отвела от шагнувшего вперёд Наэри взгляд и приветственно кивнула.
— Господин маг… — бледные губы вздрогнули, складываясь в слабой улыбке. — Вы, как всегда, приходите удивительно вовремя. Я хотела бы с вами посоветоваться. Дети спят всё беспокойнее, а я даже не знаю, можно ли их переложить подальше от края, или это разбудит их…
Эльф шагнул ближе к кровати и бросил на детей короткий взгляд. Потом перевёл его на женщину.
— Они скоро проснутся сами. А вот вам, напротив, следует отдохнуть.
Щелчком пальцев он соорудил в комнате вторую кровать.
— Можете прямо здесь, чтобы меньше тревожиться.
Элари растерялась.
— Сейчас? Но… — она с сомнением взглянула на внуков. Руки её по-прежнему, без контроля сознания, ласково перебирали волосы на двух маленьких головках. — Господин маг, я не настолько устала, чтобы спать, когда Тилле и Иллар придут в себя!
— Мама! — не выдержал Наэри. Порывисто шагнув вперёд, он остановился рядом с креслом матери, взволновано коснулся её плеча. — Ты уже целую зарю на ногах!
— Не преувеличивай, — устало откликнулась та. Подняла голову и через силу улыбнулась, глядя на встревоженное лицо юноши. — И вовсе не на ногах, мой милый. Я сижу, разве ты не видишь? Что ты так разволновался, думаешь, женщины не умеют быть сильными, когда их мужчины заняты более важными делами?
Эран с лёгкой улыбкой посмотрел на хозяйку Башни. Вот уж кого нельзя было назвать слабой.
— И всё же. Проснувшись, ваши внуки будут требовать больше внимания. И лучше отдыхать, пока есть возможность.
Элари с сомнением посмотрела на мага. Нахмурилась, задумавшись. А потом тяжело вздохнула и, согласно кивнув, нехотя отстранилась от внуков.
— Хорошо. Я доверяюсь вашему опыту, господин маг…
Она неторопливо поднялась из кресла. И в её спокойных движениях вдруг отчётливо стало видно то, что эльф заметил, должно быть, раньше и отчётливее юного лучника: застарелую, чудовищную усталость.
— Мама! — испуганно подхватил Элари за локоть Наэри, когда женщина, шагнув в сторону кровати, вдруг пошатнулась и тяжело закрыла глаза, с трудом удерживаясь на ногах.
Покачав головой, эльф в один шаг преодолел нужное расстояние, подхватил женщину и уложил на кровать.
— Даже сильным женщинам порой требуется отдых, тари.
Хозяйка башни с трудом открыла глаза и через силу, борясь со слабостью, благодарно улыбнулась Эрану. А Наэри уже поспешно развернул обнаружившееся здесь же тёплое шерстяное одеяло. Бережно укрыл уже засыпающую мать.
— Всё будет хорошо, не бойся… — против воли сорвавшимся голосом пообещал он. Элари сонно кивнула.
— Я не боюсь, — откликнулась она тихим, но на удивление твёрдым голосом. — Ты дома, Гайр жив… Чего мне теперь бояться?
И, закрыв глаза, уснула — мгновенно, словно поражённая усыпляющим заклинанием.
Эльф кивнул и опустился в кресло, чуть в стороне от обеих кроватей.
— Ну что, твоя очередь сидеть с племянниками? — с усмешкой спросил он ученика.
Наэри издал нервный смешок и, поправив одеяло, с готовностью двинулся к широкой кровати, на которой спали дети. На ходу привычно, не задумываясь, поднял руку, ловя «светлячок», парящий над опустевшим креслом, и чуть сжал пальцами. Магический светильник послушно померк, отзываясь на прикосновение и, стоило юноше его отпустить, вновь неторопливо всплыл почти под потолок.
Наэри постоял над племянниками, разглядывая две бледные мордашки. Сочувственно погладил по растрёпанной макушке Иллара. Потом покосился на наставника и, как-то смущённо хихикнув, осторожно провёл пальцем по носу племянницы: от переносицы к конопатому вздёрнутому кончику.
Пояснил:
— Эта наша игра была, с детства. Означает, что она нашкодила и я об этом знаю, но всё равно её люблю. Знаешь, есть в Империи поговорка: «любопытный нос во все щели пророс». А Тилле ужасно любопытная. Спорю, в лес пойти Иллара именно она подбила, он бы сам вряд ли сестру потащил за собой в опасное место. А вот пойти за ней, чтобы защитить…
— Любопытство не порок, коль не лезет за порог, — усмехнулся эльф. — Уверен, они справятся. У твоей семьи сила духа в крови.
Наэри невольно фыркнул.
— А такой я не слышал, — признался он. Потом тяжело вздохнул и, чуть сдвинув кресло, уселся напротив племянников.
— Надеюсь, ты не ошибаешься, и у нас всех действительно хватит силы духа. Я даже думать боюсь о том, что будет, когда они проснутся. Ещё и то, что ты говорил о голоде: если им нельзя мясо, не представляю, как мы удержим их от…
Он вдруг замер. Вскинул голову, взволнованно глядя на наставника.
— Эран! — боясь поверить в неожиданную догадку, прошептал он, — А тот фрукт, что ты достал для меня — помнишь, на привале? Это же не мясо, верно? Это им можно? У меня должен был остаться второй плод…
Задумался, добавил уже без энтузиазма:
— Если ещё не пропал…
Эльф на миг задумался.
— Если бы помогло, я бы достал ещё, это не проблема. Беда в том, что им такое мясо не поможет. Их голод — это жажда жизни. Частицы теней, которые тесно переплелись с их душами, требуют мяса потому, что в нём остался след живого существа, которое убили, чтобы получить подобную еду. Без такой подпитки они высохнут, как цветок без воды. Но любая замена их ещё больше раздразнит. Голод станет только сильнее. Боюсь, их придётся привязать. Достаточно далеко друг от друга. А плоды портятся только через луну Так что он всё ещё твой.
Наэри сник.
— Понятно… — разочаровано пробормотал он. И, сочувственно взяв сразу обоих племянников за руки, осторожно сжал безвольные ладошки. — Эх, малышня, ну как же вы повелись на это… Как вам вообще в голову пришло соваться в лес…
— Хороший вопрос, мальчик, — кивнул головой Эран. — Поищем на него ответ, когда здесь закончим.
Словно в ответ на слова эльфа, дети один за другим открыли глаза.
Наэри замер.
— Ну здравствуйте, разбойники… — вдруг севшим голосом прошептал он, глядя на обоих племянников. И, сглотнув, ласково пожал всё ещё вялые ладошки. — Как же вы всех напугали…
— Тай! — Девочка радостно бросилась на шею своему дяде. — Ты вернулся! Здорово!
— Ага… — Наэри неудержимо начал расплываться в улыбке. — Вернулся, зато вы гулять ушли!
Он одной рукой ласково прижал девочку к себе, поглаживая по спине. И бросил взгляд на подозрительно хмурого Иллара.
— Спасибо за Тилле, — очень серьёзно, как взрослому, сказал он, переставая улыбаться.
В ответ мальчишка бросил на него хмурый взгляд и отвернулся. Девочка же напротив прижалась сильнее, уткнувшись носом куда-то в плечо.
— А где ты был, Тай? Расскажешь?
— Какая разница, где он был, если он нас попросту бросил, Тиль… — всё ещё хмурый мальчишка продолжал смотреть в стену. — Сбежал и бросил!
Наэри окаменел.
— Не говори так! — едва не рыдая, девочка ещё сильнее вцепилась во вновь обретённого дядю. — Тай не мог нас бросить! Ты же нас не бросал, да?!
— Ил, зачем ты так… — сипло выдохнул Наэри, справившись наконец с голосом. — Я никогда вас не бросал. Я…
Он осёкся. Зажмурился, непроизвольно крепче обнимая племянницу. И прошептал, едва справляясь со сбоящим дыханием:
— Я расскажу вам всё. Попозже. Ил, поверь — так было надо. Тогда я верил, что, если уйду — вам всем будет легче…
— Не бросал? — мальчишка обернулся резко и зло. — Ты даже не сказал ничего! Просто взял и сбежал. Лучше? Кому от этого могло быть лучше? Тилле проревела две зари без остановки!
— Но… — всхлип в самое ухо, — раз ты… — всхлип, — вернулся… — ещё один всхлип. — Ты же больше не уйдёшь, да? Ты же насовсем, пришёл, Тай?
Голос звучал тихо-тихо.
Наэри без сил опустил руки. И беспомощно покосился на наставника, молча наблюдающего за семейной драмой. Что тут можно было ответить? Как объяснить?
— Я уйду, Тилле, — виновато проговорил он, неловко гладя племянницу по голове. — Я теперь ученик мага, и у нас есть работа. Но больше никаких побегов без объяснений, обещаю.