— Очнулась? Ну наконец-то! — обрадовался мне Эрнест Мициане, как родной.
Я не понимала где я и что ему от меня надо. Незнакомая комната в зелёных тонах навевала воспоминание, но я не могла за него ухватиться из-за усиливающейся мигрени.
— Переживал, что придётся тебя убить, так и не рассказав за что, Наташа. Или Марго Валентино? Да какая в принципе разница, ты, сучка, мне всю жизнь перечеркнула!
Я вяло пыталась понять, как он узнал кто я. Неужели сам сумел вычислить?
— Так, может, и не надо говорить, грохнуть и дело с концом? — нервно спросил подельник Мициане, одетый в странно знакомую униформу строителей. Вдруг до меня стало доходить, где я видела этого парня. Точно, прораб с Курума.
Эрнест больно ухватил меня за подбородок и повертел его то в одну сторону, то в другую. От этого меня замутило, и я прикрыла глаза, борясь с дурнотой.
— Что с ней?
— Она, кажется, контужена. Там взрыв был, может, досталось.
— Какой взрыв? — заинтересовался Мициане и отпустил мою многострадальную голову.
— Не знаю. Вы сказали привезти её, я это исполнил, а следить за ней приказа не было.
— Да и ладно, — отмахнулся председатель «Болерто», затем больно схватил меня за волосы.
Куда подевалась кепка, я не помнила, как и бластер, который я подобрала. Сейчас он был бы кстати. И где мой вездесущий Первый? Почему его никогда нет, когда я так в нём нуждаюсь? Почему я вечно влипаю в неприятности? Это злой рок? Мало было потерять сестру, так ещё и предстоит умереть от руки этого подонка.
— Ты мне всю жизнь сломала, сука. Не удовлетворилась разводом, да? Решила и дело моё прикрыть?
Я удивилась, правда, слабо. Чувства во мне были заторможенные, приходили отголосками, как издалека. Вроде репортаж про строительную компанию я так и не пустила в ход, о чём он?
— Прижала меня со своими манаукцами. Думаешь, не узнаю тебя, Наташа-Марго. Хотя с голубыми глазами ты мне понравилась больше. А где же твоя выдающаяся грудь? — издевательски спросил брюнет, резко расстегнул крутку и рывком распахнул. — Где же эти вываливающиеся из комбинезона дыни? Ты фальшивка до мозга костей. Ещё и манаукская подстилка. Дрянь!
Звонкая пощёчина оглушила, во рту появился металлический привкус крови, но я уже не чувствовала боли, оглушённая едким окриком. Да, я дрянь, неспособная спасти родную сестру. Перед внутренним взором встал образ операционной, Роза, тянущая ко мне руку, и её красивые голубые глаза, наполненные болью и страданием. Глаза цвета неба, такие же, как у Лилии. Что я ей скажу, когда увижу? Не лучше ли умереть сейчас от руки этого торговца смертью? Зря его пожалела тогда. Надо было дать ход репортажу, тогда давно бы прикрыли эту контору, а теперь я из-за своего бездействия, своей жажды наживы повинна в смерти стольких людей.
Додумать эту мысль я не сумела дальше, так как Мициане вдруг упал на пол, прямо туда, куда я смотрела, и от его головы осталась лишь половина. Кожа неприятным пластом, образуя складки, лежала на полу. Меня стало мутить, и я поскорее подняла голову, чтобы встретиться взглядом с Вилоргом.
Сердце на миг сбило свой ход от радости. Он пришёл за мной. Не бросил, не забыл. Пришёл и спас. Слёзы покатились градом, и всё, что я могла, лишь всхлипывать и цепляться за его шею. Пришёл, он пришёл. Я не хотела умирать. Это страшно. Я хотела жить и была рада, что Вилорг спугнул госпожу Смерть, отдав ей дань её же торговцем. Закрыв глаза, я позволяла любимому делать всё, что он хотел. Не мешала ему спасать меня, лишь боялась отцепиться хоть на краткий миг. Казалось, стоит мне это сделать, и я провалюсь в чёрную дыру, из которой не будет возврата.
Когда же мы прилетели на станцию, то я, наконец, пришла в себя, увидев в переносном инкубаторе маленькую кроху с ярко-красными глазами, из носика которого торчала трубка питательного зонда.
— Что с ним? — испуганно воскликнула, с тревогой вглядываясь в лица Бромса и Стантона.
— Врач сказал, что не знает, — пожав плечами, отозвался Бромс и сел в пассажирское сидение. Поставив на колени, он любовно прижал к себе прозрачный контейнер с ценным грузом, и продолжил рассказ: — Мол, впервые видит таких детей и назвал его мутантом. Всё, что смогли сделать — это вот инкубатор, покормили через зонд, хотели кровь взять на анализ, но иглой не получилось проткнуть кожу. Что делать с ним, не знаем.
— Надо срочно на Новоман, — решительно заявил Стантон. — Мы уже доложили Шандару о ходе операции.
— Что вы сделали?! — взревел Вилорг, вскакивая с кресла пилота, кажется, даже позабыв, что я у него на руках. Еле успел подхватить меня, но я уже и сама встала, поражённая недогадливостью парней. — Кто отдал вам приказ самовольничать? Вы хоть понимаете, что натворили?