— Эй, вы чего? — возмутилась я, переходя в наступление. — Во-первых, мне осведомитель сообщает о местах передачи наркотиков, а про вас и слова не было. Во-вторых, мы с вами всего два раза встретились! Это совпадения!
Манаукец покачал головой, и весь мой боевой настрой стух. Ёкарный бабай. Этого так просто не проймёшь. Нужно придумать что-то более убедительное.
— Ну сами посудите, разве может такое быть, что в ваших рядах затесалась крыса, которая сливает информацию корреспондентам о том, когда и где будет облава. Зачем нам такое сливать, тут выгоднее слить бандитам, а не нам.
На последнем слове я чуть себе от страха язык не прикусила. Манаукец резко нагнулся ко мне, опираясь руками о свои колени, прожигая взглядом. И я внезапно вспомнила, что хотела в туалет.
— А можно мне выйти. Я ненадолго, а то вы меня так пугаете, что терпеть сил нет.
— Что? — манаукец явно не понял, о чём говорю.
Я зажмурилась и разжевала этому недалёкому:
— Я пи-пи хочу. Можно, а? Я уже давно терплю.
— О боже, — выдохнул разочарованно мужчина, но на удивление отпустил, махнув рукой не на выход, а на небольшую зелёную дверь.
Я показала ему руки в наручниках, и он смилостивился, расстегнул железные и тяжёлые браслеты. Коротко поблагодарив, я рванула на всех парах в предложенном направлении и оказалась в замкнутом пространстве. Ну кто мне сказал, что здесь есть окна? Или мне показалось, что мы на какой-то планете? Гула турбин не слышно, пол не вибрирует. Точно под ногами земля, так почему же нет окон? Я расстегнула штаны, присела на унитаз, а сама стала рассматривать трубу воздуховода. Они что, реально всё продумали? Да тут и ребёнок не влезет, только животное какое. Зарешеченное отверстие размером с мою руку, и такой же рукав от него.
Раз сбежать не получится, значит надо давить на жалость. Манаукцы женщин не трогают. Об этом все в галанете пишут. А раз так, то если сбегу, единственное, что может случиться, меня схватят и посадят в камеру. Но был другой вариант, и им я собиралась воспользоваться.
Решительно встала, натянула штаны, застегнула, поправила куртку, помыла руки, осмотрела себя в зеркале. М-да, без макияжа могло не прокатить, но женские слёзы — это наше всё.
Чеканя шаг, я вышла из туалета и прямой наводкой дошла до поджидающего меня манаукца, а дальше упала пред ним на колени и вцепилась в брючину.
— Дяденька, ну отпустите меня домой. Умоляю вас! Прошу! Не арестовывайте меня!
Вилорг
— Вот садист. За что он так с ней, — осуждение голосами подчинённых лилось из динамика наушника.
Фероп же в ступоре рассматривал рыдающую навзрыд девушку, которая с силой тянула за штанину, и мужчине грозило остаться без штанов, если она не успокоится. Вилорг был настолько растерян, что не мог чётко понять — играет землянка, или он и вправду перегнул палку. Он не хотел ничего плохого сделать Маргарите. Она же подопечная друга, и он обещал ему свою помощь в охране сестёр. Поэтому не бросил на станции «Стронг» и даже приказал Десятому слетать на «Астрею» и сдать арендованный скайт. А это путь неблизкий, она должна была быть благодарна проявленной щедрости.
— Совсем озверел, — опять услышал Фероп от своих подчинённых и как очнулся.
Нужно было преподать урок Яриной, и он это сделает. Подняв девушку за плечи, усадил её на стул, а сам с самым грозным видом подошёл к столу и включил компьютер, запоздало вспомнив, что она не видела его лица и можно не хмуриться беспрестанно.
— Для начала вы ответите на мои вопросы, а потом решим — отпускать вас или нет.
Девушка вытерла слёзы и жалостливо смотрела с таким побитым видом, словно это Вилорг её заставил лететь на самую опасную станцию без сопровождения, без охраны и, вернее всего, инкогнито. А сейчас Шандар, наверное, рыщет по всему Новоману, разыскивая её.
— Третий, принеси её рюкзак, — приказал Вилорг, поглядывая на собравшихся возле дверей бойцов. Те оживились, пропуская Эмарата, который вошёл в допросную, держа в руках вещи госпожи Яриной. Девушка оглянулась, вцепившись руками в стул, проводила взглядом свой рюкзак, закусив губу.
Вилорг усмехнулся, сейчас он раскроет все её секреты. Отпустив Третьего, манаукец открыл рюкзак и достал коммуникатор под возглас Маргариты: «Вы не имеете права!»
— Почему не имею, очень даже имею. А вот у вас прав находиться на станции «Стронг» не было.
— У нас свободный Союз, и каждый гражданин имеет право находиться там, где пожелает, — горделиво отозвалась девушка, скидывая с себя налёт оскорблённой невинности. Распушила пёрышки и теперь уже больше была похожа на птичку, а не на котёнка. Хотя и те бывали довольно забавны в своём стремлении казаться опасными хищниками. Но хоть реветь перестала. Капельки слёз еще искрились в свете ламп на её ресницах, но уже не вызывали неприятного чувства в груди.