– Где ты научилась этим штучкам?
– Где? – Изящные собольи бровки Наташи поползли наверх, и она громко расхохоталась: – Ну, в отличие от тебя я, когда танцую, не закрываю глаза и вижу зал!
Под зажигательную мексиканскую музыку на сцену выбежал кордебалет в национальных костюмах. Однако актеры уж точно были не мексиканцы – лица родные, только раскрашенные под ацтеков. Ира, уже чуточку захмелевшая от текилы, ритмично кивала, глядя на сцену, и улыбалась. И вдруг вскрикнула:
– Девки! Я с ума схожу, или там, во втором ряду…
– Лен, узнала? – Наташа дернула подбородком в сторону сцены.
Лена узнала. Там танцевал Сергей. Накачанный, коротконогий, нелепо разряженный, он вставал на одно колено, прижимая к себе почти голую партнершу, его лицо было неподвижным и усталым. Даже грим не скрывал брезгливого выражения.
– Что это значит? – испуганно спросила Лена. – Это ты специально?
– А как думаешь? – Наташа улыбалась. – Я ждала, когда их труппа начнет выступления в этом ресторане.
– Но зачем? Мне, например, неприятно его видеть.
– А мне приятно! Выпьем еще, – предложила Наташа. Из-за ее плеча тут же появилась рука официанта, тот наполнил рюмки. Она подняла глаза: – А что это у вас за инвалиды на сцене?
– Простите? – испугался официант.
– Я спросила – откуда набрали этих пенсионеров? – Наташа указала прямо на Сергея. Говорила она так громко, что почти заглушала музыку. Сергей был от нее в пяти шагах. Он взглянул в зал, увидел девчонок за первым столиком, его глаза разом утеряли надменное выражение. Особенно дико парень смотрел на Лену.
– Вам не нравится программа? – все так же растерянно спросил официант, стараясь сохранить улыбку.
– Я пока не знаю, – любезно ответила Наташа. – Хотелось бы проверить. Сколько стоит заказать танец? Я ведь могу это сделать?
– Конечно… Вы хотите, чтобы для вас повторили номер или станцевали что-то другое?
– Да, что-нибудь другое, пожалуйста. И чтобы это было соло.
– Простите?
– Видите блондина во втором ряду? – Она указала на Сергея. – Хочу, чтобы он танцевал для нас один. У нас с подругами есть повод потратиться, кое-что хотим отметить.
– Никто из этих артистов соло не танцует.
– Ну тогда тут скучно… – протянула Наташа. – Поговорите с этим блондином? Пятьсот долларов за выход.
– Сколько? – Официант окончательно забыл об улыбке.
– Пятьсот долларов ему на руки. Не думаю, что он откажется. Как только станцует, пусть спускается к нам в зал и получит деньги у меня. Я заплачу в любом случае, даже если мне не понравится.
Официант посмотрел на эту надменную девушку, судя по виду – богатую бездельницу, что-то быстро сообразил:
– Я немедленно с ним поговорю!
Когда он отошел от стола, Лена тревожно спросила:
– Зачем ты выкидываешь такие деньги?
– Поминки есть поминки. Пусть он для нас станцует.
– Правильно, – вступила Ира. Она уже совсем опьянела. – Сколько он на нас глазел? Пусть теперь сам ломается!
– Ты уже хороша, не пей, – оборвала ее Наташа. – Сколько было у Инки в том кошельке?
– Меньше, чем ты ему дашь, – ответила Ира. Закурила, посмотрела на сцену блестящими глазами: – А вот и он!
Сергей вышел один. На девушек он даже не посмотрел. Под трепещущие звуки румбы парень принялся танцевать.
– Вот дерьмо, – почти ласково сказала Наташа. – Ну сейчас позабавимся!
Выждав минуту, она окликнула официанта, который стоял в двух шагах, чтобы менять девушкам пепельницы и подливать текилу в пустеющие рюмки:
– Он ужасно танцует.
– Простите? – Он сделал шаг к девушке.
– Он танцует отвратительно, понимаете? Такие артисты вашего ресторана не украшают.
Официант устало улыбался и молчал. Тогда Наташа открыла сумочку и протянула сто долларов:
– Это вам за беспокойство. И немедленно остановите музыку, велите ему подойти ко мне.
Румба замолчала секунд через тридцать. Посетители за другими столиками с любопытством наблюдали, как очень бледный потный Сергей спускался со сцены и подходил к трем девушкам. Сразу было видно – происходит что-то неладное. Девушки смотрели на него по-разному. Лена застыла, Ира подалась вперед, словно ожидая сигнала, чтобы кинуться в атаку, Наташа холодно улыбалась уголками рта.
– Ужасно, дорогой, ужасно, – очень громко и отчетливо проговорила она. – В твои годы пора найти другое занятие. У тебя левое колено все время дрожит.
– Точно, – поддакнула Ира. – На тебя смотреть – только слезы лить. Я уважаю старость, но не до такой же степени…
Сергей смотрел на них полубезумными глазами. Наташа поинтересовалась: