Она бесновалась, пыталась расшириться, пыталась источать свои пузыри и брызги по сторона. Но купол держал крепко. Всё-таки я не самая слабая ведьма. Силы мои текли, подпитывая купол, к стене жались напуганные ученики.
И случилось. Субстанция, заполнив всё собой внутри купола, лопнула единым пузырём и испарилась. Синевато блестело ещё в воздухе, когда я убрала купол. Только убрала и тут же сложилась пополам. Всё-таки, мой организм не был готов к такой встряске. Силы утекли больно, и восстанавливаться я только-только начинала. И боль от изменившегося состояния, ударила сразу в желудок, а затем куда-то выше, перехватывая дыхание.
В глазах слегка замелькало чернотой и множеством ярких точек одновременно. Я поползла на пол. Надо выдохнуть, это было просто страхом. Поэтому я и хлестанула через край силой. Сама дура. Сама виновата.
–Профессор! Профессор Магрит! – ученики толпились вокруг меня, пытались поднять, поддержать. Сейчас они были напуганы не синевой, что текла повсюду, а мной.
–Я в порядке, – заверила я, но не их, а себя. во всяком случае, дыхание возвращалось ко мне.
–Профессор…– Ванесса, заплаканная, бросилась ко мне. Она обняла меня порывисто и сильно, чем снова вызвала резь в желудке. Но я только поморщилась. Стерплю. Я же ведьма, а ведьмы многое терпят. – Профессор, простите меня, пожалуйста.
Надо же…профессор! И объятия. И неважно, что означенный профессор стоит в запачканных синевой туфлях и на платье подпалины.
–Я думала, я справлюсь, – Ванесса отняла себя от меня, чем сделала очень верно. – Простите меня. Я больше не буду.
–Да мне всё равно, – заверила я, – будешь или не будешь… выкинешь что-то подобное на моём уроке – отправлю на корм Василиску.
я была слаба, угроза прозвучала жалко. Но Ванессе хватило.
Колокол пробил конец занятий. Слава силе! А то я уже не могу. У меня сейчас ещё пятый курс. Правда, что ль, их усыпить?
–Идите, – я махнула рукой.
–Профессор, – Ванесса не двинулась с места. Ей надо было выяснить. Правильно, в общем-то. – Вы…вы не могли бы не говорить мадам Франчески…
А то! представляю, как будет зла Франческа на такую выходку. Она терпеть не может самовольства. Сказать бы ей, но она ж и меня под эту лавочку прибьёт. Я же недоглядела.
–А остальные? – я оглядела учеников. – А? как считают?
Ванесса съежилась. Её не любили свои же. Неудивительно. Ведьмы вообще не вызывают любви. Тем более такие, которые старательно демонстрируют превосходство. А тут так удобно – так замечательно!
–Можно и не говорить…– неуверенно сказал маг-недоучка, которого Франческа посадила в самый конец. – В конце концов, ничего же не случилось, да?
–Ну да.
–Да, можно не говорить, – к моему облегчению, ученики соглашались легко. и, что удивительно – вообще соглашались. У них был шанс уронить авторитет своей же однокурсницы перед профессором Франческой. А они не собирались им пользоваться.
А может это я стала с годами цинична и зла? Они-то ещё не были помотаны жизнью. Они были ещё счастливы и наивны.
–Ну, если все согласны, то не скажем, – пообещала я, не упомянув, конечно, что это и в моих интересах.
Седьмой курс, наконец, потянулся прочь. Ванесса спотыкалась, но шла. У дверей она оглянулась, не зная, что сказать.
–Уйди, – попросила я, – уйди и молись, чтобы я к вашему занятию, пришла в хорошее расположение духа!
Она убежала. Напугалась. Решила, что я буду ей мстить. Как будто у меня есть на это силы и желание. Дурочка ещё. Девчонка совсем.
–Профессор, мы можем зайти? – пятый курс уже был в дверях.
Я с трудом подавила брань. Ещё одни! Наверное, я и вправду их сейчас сонным зельем и усыплю.
–Входите, – велела я.
***
Мадам Франческа вошла ко мне поздно. Я могла уже бы и спать, если бы меня не мучила бессонница, которую я приобрела многие годы назад, плотно так приобрела.
–Знала, дорогая Магрит, что вы не спите, – Франческа была довольна. Видимо, Совет принимал её с почтением.
–Сон для слабаков, – фыркнула я, – и для счастливых.
–Ну, ваше право, – согласилась Франческа, не желая, в кои-то веки, вступать со мной в спор. – О чём думаешь?