— Папа, с тобой всё в порядке? — беспокоится дочка.
— Д-да, прости, всё хорошо, — он проводит ладонью по лицу, тем самым смывая наваждение, и смотрит на дочь. — Просто твоему папе кое-что померещилось, — он гладит её по голове пару раз, но привычная улыбка при таком действии не появляется на его лице.
Беловолосая почему-то захотела придать этой фразе значение, но ей было, по большей части, всё равно, поэтому она снова отвернулась от них, поставив тем самым точку в её «недоотношениях» с двумя посторонними людьми.
Ближе к вечеру отец с дочерью, наконец, вышли со стадиона по окончанию соревнований. С того момента, когда мужчина увидел в Конноре кого-то до боли знакомого, его настроение не улучшалось ни на минуту. Девочка, видя это, переняла чувства родителя и сильно беспокоилась. Даже от неё он не смог скрыть своего плохого расположения духа. Они как раз шли к своей повозке, которая к следующему дню должна довезти их до дома. Дочь всё время держала отца за руку, но молчала, не смея спросить у него, что же случилось. Ей совсем не хотелось видеть папу в таком виде, но что-то мешало ей выяснить всё напрямую, хотя обычно она так и поступала. Что-то по-детски наивное, но такое проницательное не давало ей смелости заговорить первой. Князь Саксонии же был настолько погружён в свои раздумья, что попросту не замечал поведение дочери. Они молчали до самого конца, пока малышка не остановила его прямо перед входом в замок.
На дворе был день. Как будто под мрачные мысли обоих на небе собрались небольшие тучки. Ещё чуть-чуть, и пошёл бы дождь. Слуги незамедлительно встречали хозяев. В том числе была и княгиня, которой нездоровилось пару дней, поэтому она и не поехала вместе с родными в Иксонию. Перед поездкой женщина стала печальнее обычного, а болезнь только ухудшала её состояние.
Сейчас же, когда она вышла встречать мужа с дочерью, её настроение тоже оставляло желать лучшего. По одному взгляду супруга она могла понять многое. Особенно, когда она нутром чуяла, что мысли любимого заняты не кем иным, как их погибшим сыном. В этот момент она тоже это распознала, но не успела ничего сказать, потому как Нина первой вставила пару слов:
— Папа, тебе не понравились игры?
Отец застыл на месте спиной к ней. Перед собой он видел лишь жену, в глазах которой читалось беспокойство и тревога. Она куталась в шаль, отчего её худые руки было не так заметно. Князь повернулся к дочери и посмотрел ей в глаза таким образом, каким не смотрел на неё, наверное, никогда. Этот взгляд испугал принцессу Саксонии. Мама сразу это поняла и кинулась к дочери. Женщина обняла своего ребёнка и старалась сама не расплакаться на глазах у всех. Слуги и стража стояли в стороне и покорно следили за разворачивающимися событиями. Они тоже знали, когда бывают такие непростые моменты, где им следует просто молчать и ждать.
— Не надо, моя девочка, папа не имел в виду ничего плохого, — говорила княгиня, хотя мужчина не проронил ни слова.
Она гладила Нину быстрыми движениями и, скорее, пыталась убедить себя не впадать в истерику, нежели её — в слёзы.
— Мама, можно я пойду в свою комнату? — сразу переключилась девочка, немного понимая чувства матери.
— Пойдём, дорогая, я отведу тебя, — наконец подал голос глава семьи и протянул дочери руку.
Княгиня кинула на него мимолётный взгляд, встала с колен и отпрянула от ребёнка, поправляя платье. Нина без толики страха положила свою ладошку в ладонь князя, уверила маму, что всё в порядке, и они вошли в главный зал. Хозяйка замка отдала оставшиеся распоряжения и тоже двинулась вслед за родными.
Князь Саксонии, как и обещал, довёл дочку до её комнаты и аккуратно уложил её. Присел на край кровати рядом с ней и поцеловал в лоб, наконец-то улыбнувшись, но очень уставшей улыбкой, что, опять-таки, маленькая девочка не могла распознать.
— Прости меня, Нина. Я не хотел тебя пугать. Веришь мне?
Та кивнула, пристально всматриваясь в родителя.
— Ты уверена, что заснёшь? Всё-таки ещё день на дворе, — мужчина оглянулся на открытое окно и убедился в собственных словах.
— Да, папочка, уверена. Я не спала всю дорогу ночью. Я переживала, что ты сам не свой. Вот так я не заснула.
— Ох, прости, — ухмыльнулся он и ещё раз прошёлся по красивым локонам дочери. — Ты знаешь… — было начал он, но прервался на полуслове. Вот-вот, и князь бы рассказал ей о своих мыслях, но в итоге подумал, что будет лучше оставить тревожащую его тему, чтобы не беспокоить ребёнка лишний раз. Кто знает, может быть, она бы быстрее успокоилась, расскажи бы он, но, в конце концов, победила родительская забота о своём чаде. — Впрочем, неважно. Желаю тебе приятных снов.