— Мария, — глава клана опустился на одно колено, равняясь на её уровень. — Мы нашли её недалеко от входа во владения. Она была ещё жива…
— Что она сказала? — резко поднялась брюнетка.
— Твоя бабушка просила передать тебе, чтобы ты стала тем врачевателем, каким бы сама хотела.
После этого она кивнула в знак благодарности. Глава встал и объявил сегодняшние похороны. Ассасины отстраняются от заданий, кроме патрульных. Аррани и Коннор, которые тоже были в толпе, прекрасно видели Марию и её чувства, однако они тоже держались в стороне, чтобы дать ей полную свободу. После оглашения приказа мальчики отстранились от основной массы и перебрались на крышу здания, чтобы подруге было легче заметить их. Они увидели, как ассасины осторожно забрали тело бывшего лекаря из хватки девушки и собирались отнести её в положенное место в таких случаях — на сожжение. В клане ассасинов принята данная традиция расставания с погибшим членом, независимо от его положения. После избавления от тела его прах собирался в кувшины, а дальнейшая судьба решалась главой и старейшинами. В этом случае, поскольку у лекаря был родной человек в виде Марии, они решили предоставить прах именно ей, чтобы она сама как взрослый человек решила, что с ним делать. Но спустя пару шагов ассасинов Мария внезапно подскочила к ним и хотела задержать на некоторое время. Парни сразу поняли, что она отчаялась и выпустила сдерживаемые эмоции наружу в тот момент, когда этого делать, по-хорошему, нельзя было. Старшие незамедлительно отреагировали на выпад девушки: они не дали ей продолжить свои действия. Мария же не переставала кричать и умолять их не сжигать тело. Довольно грубое отношение к горю человека не устроило парней, поэтому они, не сговариваясь, без сомнений заступились за неё. Они отвели руки ассасинов от девушки.
— Не смейте трогать её! — ощетинился Аррани.
— Дайте ей принять правду! — добавил Коннор, вставая рядом с другом.
Старшие, естественно, возмутились поступком младших.
— Это не ваше дело! Убрали руки сейчас же!
Они перехватили выпады молодых ассасинов и крутанули их в противоположную сторону, круто выворачивая им руки, быстро оказались у двоих за спинами и захватили их подмышками, лишая всякого движения. Глава тут же встал перед ними, сложив руки за спиной.
— На колени, оба, — грозно приказал мужчина.
Ребята выполнили приказ. Они не стали вырываться, и старшие отпустили их. За этим глава клана Огня не стал жалеть парней. Он отвесил им смачные пощёчины.
Мария, до этого пребывавшая в своих мыслях и переживаниях, заметила происходящее рядом с ней и повернула к ним голову. Это заметили помощники главы.
— Успокоить лекаря, — снова донеслось от него.
Старшие ассасины сразу задержали девушку, однако держали её намного мягче и без применения силы. Она посмотрела на каждого, но не могла ничего сделать.
— Итак, как вы посмели выступать против своих собратьев?
Друзья молчали. Тогда глава ударил Аррани в живот, на что тот больно скрючился и выплюнул сгусток крови. Мария дёрнулась в ответ на это действие и сильнее стала беспокоиться за ребят.
— Нет, глава, не бейте их! Это всё моя вина, пожалуйста! — лекарь вымаливала у главного прощения в надежде, что он послушает её.
Вместо этого глава отдал приказ старшим увести её и отнести, наконец, тело. Мария понимала, что не в силах что-либо предпринять и с отчаянием опустила голову, позволяя увести себя от места происшествия. В глазах по-прежнему стояли слёзы, медленно сползающие вниз и разбиваясь на мелкие кусочки. Она очень тихо прошептала слова извинения перед ребятами.
— Ещё раз повторяю вопрос: кто дал вам право вмешиваться в разборки клана?
— Глава, сестра Мария сейчас не в состоянии трезво мыслить. Неприемлемо собратьям клана так грубо к ней обращаться!
Смелости озвучить их совместные мысли хватило у блондина, но в челюсть получил за это Коннор. Глава не собирался оставлять младшим проступок, поэтому наказывал их, как считал нужным. Он присел к ним на корточки и взял обоих за волосы на макушке, туго натянув их в воздухе.
— Полагаю, вы двое забыли, где находитесь сейчас. Сестра Мария справится со своими чувствами и примет действительность и без вас. То, что произошло, уже случилось, и ничто теперь это не изменит. Я бы мог списать это на душевные переживания за неё, но вы должны уметь контролировать себя и свои действия. Что бы сестра Мария ни думала или делала, вас это не касается! Ещё раз повторится что-то подобное, обычными синяками не отделаетесь. Вы поняли меня?