Учитель в это время спокойно оценивал действия парня, и пока тот не замечал этого, «читал» каждую его мысль, что тот собирается делать и как поступит в невыгодном для него положении. Этим временем он распорядился, как положено: проследил за тактикой своего ученика и приметил для себя кое-какие моменты. Коннор до конца пришёл в себя и решил ответить противнику. Он быстро настиг старшего, высоко подпрыгнул, но тот остановил его. Младший этим воспользовался и практически всем телом обхватил вытянутую руку наставника и повис на ней. Правой рукой он взялся ему за грудки и разорвал его одеяния. Интуитивно старший со всей силы нанёс Коннору удар в висок и скинул его со своей руки звонким сопровождающим в полёт ударом с ноги. Затем он подлетел к нему и «запечатал» его лицом в землю, как и Аррани недавно. Этот жест также означал окончание боя и поражение младшего… или нет? Старший вместе с блондином подошли к ним. Учитель отпустил Саксонского. Тот тяжело встал, уже держась за живот: все предыдущие действия стоили ему неимоверных усилий. Из раны снова побежала кровь.
— Что ж, — немного устало начал старший, — брат, — обратился к их наставнику, — также, как и ты, считаю, что брат Коннор тоже проявил себя и вышел победителем. Если не по силе, так по духу и смекалке.
Напарник кивнул и вставил своё слово, мельком глянув на то, как Аррани помог собрату опереться на него:
— Я вижу, что после наших соревнований, видок у вас неважный, поэтому, так и быть, на сегодня вы можете быть свободны. Однако я всё же вынужден объявить вам, что двойные нагрузки вам в любом случае обеспечены. Но только на завтрашний день. Свободны!
— Спасибо, учитель! — хором отозвались парни и ушли в сторону домика лекаря.
— Ну, что я тебе говорил? — резонно спрашивает Коннор друга.
Они сидят на первом этаже дома лекаря. Мария над чем-то колдует на кухне. Ребята ждут её возвращения.
— Что говорил, того не вернёшь, — с шуткой ответил блондин.
— Ты убедился, что достоин стать главой в будущем? Заметь, старшие не кривили душой и не поддавались нам нарочно.
— Да-да, согласен с тобой. Доволен?
— Ещё как, — после он откинулся на подушку и закрыл глаза.
Всё же бой в который раз вымотал его не только физически, но и морально. Он сражался не просто с кем-то, а с самим наставником, где приходилось очень сильно напрягать извилины, чтобы думать и ещё раз думать.
— Кстати, ты не забыл, что у нас на сегодня запланирован поход на водопады? — как бы невзначай напомнил он.
Аррани вспомнил об этом и стукнул ладонью себе по лбу.
— Забираю свои слова обратно. Ты действительно исключительный правая рука главы клана!
Глава 12
14 лет для мальчика — совершенно особенный возраст. Братья не по крови, но по духу и мышлению, которые в один переломный момент нашли друг друга, как и подобает интенсивно растущим организмам, прибавили в массе, преимущественно за счёт ежедневных тренировок и накопления мышечной системы, а особенно в росте. Буквально за короткий промежуток времени ребята уже начали подкалывать Марию насчёт того, что теперь они выше неё, а не она. И это была чистая правда, поскольку молодые ассасины стали всё больше и больше походить на молодых людей, настоящих ассасинов. Девушка сразу это приметила, а когда поняла, что это происходит прямо сейчас и на её глазах, то чуть снова не расчувствовалась по отношению к Аррани. Но это было понятно, потому что парень сейчас выглядел ещё красивее, чем раньше. Его статные широкие плечи, крепкое телосложение, прямостоячая короткая стрижка с выпирающим на часть одного глаза толстым пучком волос, переходящим наверх к стоячему положению, упругие пальцы и взгляд. Мария всегда считала, что взгляд блондина отличается от взгляда обычного человека или ассасина. Лекарь клана, по правде, ещё пока не до конца привыкла к резкому изменению парней, поэтому была слегка нервной. Что ж, ещё всё впереди.
Коннор, по сравнению с Аррани, был даже чуть выше друга, но они превосходно дополняли друг друга. Стоит приглядеться и сразу можно сказать, что парни понимают каждый другого без слов и чувствуют постоянную поддержку. Особая атмосфера равновесия и чёткости действий, летающая вокруг них, завораживала, но всё же, порой —не допускала, чтобы кто-то из ассасинов рассекретил их настоящую дружбу. С этой поры Коннору разрешили носить красный балахон ассасинов и снять красную повязку — цвет, олицетворяющий клан Огня. Старшие, каждый раз отмечая, что младший постоянно пачкает свои одежды преимущественно кровью, выдали парню новые одеяния. Саксонский был очень рад такому раскладу, потому как это значило, что теперь он не будет так сильно переживать из-за своих обмороков и последующих последствий, не придётся снова и снова пытаться отстирать кровавые пятна от белой ткани. Красный цвет стал для него не просто любимым, но и очень значимым и важным. К тому же, парень в большей степени приспособился к своей неоднозначной привычке постоянно обнажать торс, даже немного. Таким оригинальным образом его подсознание подталкивало его к самоутверждению и чувству собственной важности. Девушек в клане было всего две, но они не стали заострять на этом внимание хотя бы потому, что правила клана запрещали проявлять подобные эмоции. Так что эта часть молодого ассасина была исключительно его личным делом. Утончённость действий и спокойный, рассудительный нрав дополнял не менее красивую внешность Коннора. Опять же, оценить сие изменения ни у кого не было возможности, поэтому парень никогда не задумывался над этим, но его неоспоримые преображения происходили здесь и сейчас. И можно было чётко сказать: они вели к лучшему.