— Если честно, то я бы не хотел, чтобы мы разделялись. Ничего не хочу сказать про ваши отношения с первым и вторым, но я никогда им не доверяю.
— Ты… — она говорила без нежности, а очень сдержанно и даже немного грубо, — волнуешься за меня?
— Не пойми меня неправильно: если попадёшься им на глаза, то вряд ли они просто так тебя отпустят. Либо помешают в чём-то, либо специально отвлекут бесполезными разговорами. Ведь ты не совсем с ними не общаешься?
— Верно. Но мне всё равно. Однако, — быстро переключилась сестра, — если ты настаиваешь на совместной работе, то я не против. Поступим так.
— Хорошо, — Аррани затянул потуже свои бинты на запястьях, застегнул кожаные перчатки без пальцев, — тогда предлагаю идти параллельно друг другу, но так, чтобы братья нас не замечали вместе. Если увидим кого-то, убеждаемся, что это не ловушка, и нападаем с двух сторон.
Абби сверкнула разными глазами, совершенно неожиданно для блондина положила свою ладонь поверх его, на пару секунд задержалась в таком положении, а потом так же непринуждённо убрала её. Молодой ассасин недоумённо посмотрел на неё, но она лишь помотала головой в разные стороны, говоря, что это ничего не значит.
— Я только хотела тебе сказать: если я вдруг пропаду из твоего поля зрения или нас разделят, не ищи меня и действуй сам, договорились? Я понимаю, что задание командное, но мы же сами устанавливаем свои правила ведения операции.
Её странности всегда поражали парня, но он привыкал. Всё же, они будут вместе всю свою сознательную жизнь, значит, она ещё может открыться ему с разных сторон.
Задерживаться они не стали и уже в среднем темпе начали прочёсывать территорию. Если раньше могло показаться, что вокруг них не было ни души, то сейчас, с момента их наступления, ассасины клана Огня буквально постоянно попадались им на глаза. Ребятам подумалось, что глава призвал больше людей для их особого испытания, но потом внимательно пригляделись и осознали, что рядовые ассасины были немногочисленны, но очень изворотливы и активны. В первый час общими усилиями они сумели справиться с тремя собратьями. Когда же дело дошло до четвёртого, начались сложности. Ассасин не вышел к ним навстречу, чтобы биться в открытом бою, а наоборот, пустился от них прочь.
Спустя несколько минут преследования стало понятно, что Абби нагоняет его быстрее. Аррани пришлось немного отстать, но за это время он смог бы продумать план нападения, так что парень не стал отчаиваться. Пройдя ещё пару десятков метров, будущий глава клана случайно заметил в стороне от себя два образа, и они совершенно точно не были ему знакомы. Это не были ассасины клана Огня и даже младшие ребята. В следующий миг что-то блеснуло и ослепило ему глаза. Неведомое чувство заставило блондина остановиться и пойти выяснить, кто они такие. Перед этим он мельком взглянул на отдаляющиеся силуэты ассасина и Абби, но это его всё равно не вернуло в строй. Юноша ринулся через кустарники в сторону неизвестных. Он забрался на верхушку дерева, крона которого надёжно спрятала его от посторонних глаз. В паре метров от него на небольшом пятачке стояли двое мужчин. То, что тронуло взгляд Аррани ранее, были ножи в их руках. Их тонкие и в совершенстве заточенные лезвия поражали, с какой тщательностью за ними ухаживали. Блондин не мог ошибаться в этом вопросе, потому что постоянно наблюдает за тем, как Коннор натачивает своё оружие, хотя сам им редко пользуется, отчего то и радует глаз. А картина перед Аррани разворачивается довольно простая: бандиты разбираются с неугодным им человеком. Но поведение загнанного в угол взрослого мужчины ставит молодого ассасина в тупик, потому как тот не особо сопротивляется и даже не кричит. То ли от понимания, что его всё равно никто не услышит в такой глуши, то ли от обыкновенного страха, хотя ничего подобного он также не может прочитать на его лице. Аррани, следуя своему долгу защищать людей от их обидчиков, не выжидает развязки, а ловко выпускает в двух бандитов по дротику, спрыгивает вниз вплотную к ним и добивает каждого, всадив кинжал обоим в сердце. Сегодня мальчик пятнадцати лет, бывший несколько лет назад королевским воспитанником и не знавшим горестей и нужды, совершает своё первое осознанное убийство. Вынув оружие из тела трупа, блондин вытирает его об траву и вполоборота поворачивается к мужчине. Капюшон надёжно защищает его лицо, поэтому он не боится быть увиденным. Краем глаза Аррани смотрит на спасённого им человека и расширяет глаза от ещё большего непонимания ситуации: мужчина сидит на земле с каменным лицом без единой дрогнувшей скулы. Молодой ассасин берёт себя в руки и уже хочет задать ему вопрос, но тот его опережает: