Она тоже знала о моих «любовях». Правда, ни одну из этих девушек я по-настоящему не любил. Зато себя любить позволял, и они верили, что со временем вызовут во мне ответное чувство. Я не возражал – по сути этого ждал и я. От другой. Когда-нибудь она все поймет и оценит, а пока я просто буду рядом – это же так много в наше время! Когда-нибудь она перестанет гоняться за миражами и поймет, что синица в руке дороже поднебесных журавлей.
Терпение моих зазноб иссякало раньше, чем ответное чувство порывалось возникнуть. А порывалось, не скрою. Знать, что любим и кому-то необходим – ни с чем не сравнимо. Сначала кажется, жалость. Потом – привычка. И вот-вот наклюнется стержневое понимание… но она вымученно вздыхает, встает и уходит. А если бы еще чуть-чуть подождать, все могло сложиться. Нет, я не получаю удовольствия, изгаляясь над чужими чувствами. Мне самому интересно понять себя.
- Ты как Франк Рибери, - говорил мой приятель, футбольный фанат, – он обойдет семерых на поле, но вместо того, чтобы пробить, решит обойти и восьмого.
* * *
- Пап, в чем дело? Ты звонишь третий раз за вечер. Я же сказала, где я и с кем.
Она говорит ровным голосом, хотя допивает уже третий стакан вермута. Вертит в руке еще наполовину полный, брякает кубиками льда.
- У вас все в порядке? Да, не волнуйся… - отключает телефон, - говорит, у меня душа не на месте, как ты там?
- Ну и признайся: хреново!
- Ага, твоя девочка выросла, пап…
Еще глоток, еще смешинка.
- За эти годы к твоей дочке впервые отнеслись не как к умнице-разумнице, а как к секс-кукле «Масяня»!
Еще неясно, что ему моглось-хотелось,
А ты не рада, что так просто отвертелась…
Пела Ксения Федулова в колонках.
Она сидит за старым пианино, покручиваясь на стуле. Она сильно изменилась, влюбившись в очередного проходимца – то ли хотела ему понравиться, то ли почувствовала себя раскованнее, то ли просто устала от себя прежней. Похорошела, сама довольна. Никто не даст ей больше восемнадцати.
- Можешь объяснить толком, что случилось? – я налил себе еще, но пить не стал: боялся пропустить хоть слово из ее рассказа.
- Эрл развелся с женой. Звал отметить. Я сказала, что кроме дружбы ничего ему предложить не могу… а он пишет: тогда и незачем встречаться. Общаться ему со мной не о чем – только задирать и подкалывать. Проповедовать, что церковный хор – не самое интересное в жизни. Спросила, что же самое. Ответил – не знаю.
- Надо было сказать: дружок, если у самого не получается жить, как хотелось бы, нечего других поучать, - я опрокинул в желудок содержимое бокала.
Я ожидал фразы: «и что я в нем нашла?» Но ее не прозвучало. Поставив на пианино стакан, моя дорогая стала раскачиваться на стуле.
- Конечно, церковный хор – не так увлекательно, как бабы, тачки и бракоразводные процессы! И те же отношения в перспективе – до бесконечности. Мне не больно, что он обо мне так думает. Больно видеть его истинное лицо… без иллюзий.
Хотелось ввернуть: ты ожидала, что он влюбится без памяти, пересмотрит жизнь, поймет, что корень все бед в греховных привычках, и когда уверишься, что он на правильном пути, вы обвенчаетесь и будете жить долго и счастливо с шестью детьми? Нет, моя радость, я не стану тебя добивать. Наверняка ты обо всем подумала, о чем и не следует. Но впустила в жизнь не того, и если бы ни вера – скатилась бы по наклонной, как со многими происходит. Они настроены на серьезные отношения, но не с теми людьми. Их не ценят, а они так болезненно это переживают, что замерзают в своей боли и потом уже все равно как и с кем строить будущее.
Так произошло с твоим гребаным лордом.
* * *
Я знал эту историю от нее. Сбивчиво и пространно. Так и поведаю.
С Мишей они познакомились в конце апреля, субботним вечером, в торговом центре. Как и при каких обстоятельствах – не уточняла. В последнее время с ней знакомятся в маршрутках, на остановках, в лифтах… то ли весна, то ли она, как редкий цветок, становится краше с годами.
Миша позвонил на следующий день, добавил в друзья в соцсети. Он, оказывается, каскадер, а она видела в интернете Сергея Кудрявцева – легенду местного мото-движения, Лешу Махаона – организатора мероприятий, и Эрла знает лично. Познакомились на переговорах несколько лет назад, но с тех пор не общались. Она и не знала о его экстремальных увлечениях.