— Да, это, действительно, небольшое чудо. Обычно с такими ранами не живут, сколько силы не лей. Но, как видно, у Ларса ещё есть здесь дела. И есть люди, любящие его и усердно молящие за него Небесных Помощников. Кстати, один из них почти у нас на пороге.
В тот же миг дверь приёмной приоткрылась и в образовавшуюся щель заглянула Торвин.
— Маэль в помощь. Доброго утра, мастер Итан.
— И тебе тоже, — с улыбкой отозвался целитель. — Заходи скорее, не выпускай тепло.
Торвин поспешила воспользоваться приглашением. Затворив за собой дверь, она по-свойски кивнула Вожану, а потом, повесив у входа плащ, подошла к Итану и спросила:
— Как он сегодня?
Итан ответил со вздохом:
— Жив. Извини, больше мне нечего сказать. Не хочу напрасно тебя обнадёживать.
— Но ведь хуже не становится?
— Верно. Но и особых изменений к лучшему пока тоже нет. Нам остаётся только набраться терпения и ждать.
— Я понимаю, — тихо сказала Торвин. — Спасибо вам, мастер Итан.
Кивнув ей, целитель обернулся к Венселю с Вожаном.
— Ладно, молодёжь. Делом я вас загрузил, занимайтесь, а мне пора домой. Но если что — я на связи, — и он провёл ладонью по широкому кожаному браслету на запястье.
— Не извольте волноваться, господин Золотой Змей, — поднявшись с места, преувеличенно серьёзно отозвался Вожан и похлопал по точно такому же браслету на своей руке.
Едва за Итаном закрылась дверь, обстановка в приёмной заметно переменилась. Вожан, заткнув перо за ухо, отпихнул от себя писанину, с улыбкой хлопнул по лавке рядом с собой. Торвин села на указанное им место и принялась разгружать сумку.
Увидев флягу, Вожан тут же радостно потёр друг о друга ладони:
— О, переварчик! Венсель, тащи кружки! Хотя нет, сиди, я сам. Ты ж не знаешь, где они.
— Как поживает Векш? — спросила между тем Торвин, выгружая на стол ломти хлеба с мясом. — Твердь за него беспокоится.
— Нормально с ним всё. Твердолбу своему передай, седмицы через две выгоним его дружка обратно, во взвод. Моя кровушка хоть кого на ноги поднимет. Вот только после ужас как жрать хочется.
— Тебе всегда хочется, — заметила Торвин. — Смотри, растолстеешь ещё больше — девки любить перестанут.
— Не перестанут. Хорошего человека должно быть много, чтоб на всех хватило. Тем более такого, как я.
— А как узнать, чью кровь человеку можно, а чью — нет? — спросил вдруг Венсель. В выданной Итаном подшивке он как раз наткнулся на упоминание о том, что не все попытки перелить кровь от одного человека другому заканчивались удачно.
— Мою можно всем, — расцвёл улыбкой Вожан, придвигаясь поближе к Торвин и косясь на неё игривым взглядом. — Вот такой я особенный и весь целебный. Хочешь, поцелую? Никогда зубы болеть не будут.
— Да иди ты, — добродушно отмахнулась от него Торвин. — Лучше скажи: вам помочь чем-нибудь надо? Пол помыть, прибраться?
— Сами разберёмся, — уверенно заявил Вожан. — У меня теперь Венсель имеется, враз снаряжу его горшки мыть… Да ладно тебе, Венсель, не пугайся. Шучу.
— А… Ну тогда я загляну к отцу, и поеду, — сказала Торвин, сразу посерьёзнев.
— Загляни. Только не тормоши его, ладно? Итан велел его вообще не трогать.
— Понимаю, не маленькая.
И Торвин тихонечко скользнула в палату, а Вожан, проводив её тоскливым взглядом, едва слышно шепнул:
— Эх… Хорошая девушка. Жаль только, что поморийка.
Во взвод Венсель возвращался вместе с Торвин. Обратная дорога оказалась куда приятнее: ветер теперь дул в спину, а дождь ненадолго прекратился, к тому же в паре с другой лошадью неторопливый Устой шёл ходко и без лишних понуканий. Возможно, его подгоняли мысли о полуденной пайке сена.
Ехать стремя в стремя и не обращать друг на друга ни малейшего внимания на взгляд Венселя было странно и как-то неучтиво. Однако Торвин, едва поднявшись в седло, словно превратилась в каменную статую. Желая хоть немного отвлечь её от мрачных дум, Венсель спросил:
— Этот Ларс, он твой отец?
— Да.
— Странно… Вы совсем не похожи.
Торвин тут же обернулась к нему с довольно недружелюбным выражением на лице.
— Мы одного племени, остальное — не твоего ума дело.
Невольно вздрогнув, Венсель сказал как можно мягче:
— Я не хотел тебя обидеть. Просто… как бы объяснить… У вас след в силе совсем разный. При кровном родстве так не бывает.
— Тебе какая разница?
Венсель пожал плечами.
— Просто интересно. Обычно дети похожи на родителей в силе.
— Мы не родня по крови, — хмуро отозвалась Торвин. — Когда вся моя семья погибла, Ларс выкупил меня, заботился, кормил и учил, хоть и не был обязан это делать. А потом при всех назвал дочерью. Так что Ларсен Валькйоутсен не отец моему телу, но это ничего не меняет. Понял?