Торвин пожала плечами.
— Для того, чтобы научиться махать саблей или там копьём, много ума не надо. Если хочешь, я тебя научу. Только зачем? Ты ведь можешь любого врага отпугнуть или даже убить магией.
— Наверное, могу. Но мне для этого надо быть заранее готовым. А когда уже схватили за руки и бьют, как-то не выходит должным образом сосредоточиться. Ещё когда голодный, замёрзший и уставший, сила слушается неважно.
Торвин кивнула понимающе:
— Когда голодный, замёрзший и уставший, саблей тоже не много наработаешь. Сложности у тебя не из-за того, что ты какой-то особенный. Ты просто не привык работать точно и быстро. Но у тебя ведь раньше и не было для этого причин, верно? Смотри!
Не долго думая, Торвин швырнула в собеседника полную кружку, а затем почти без перерыва ударила его ладонью в лоб. Кружку Венсель успел перехватить перед самым своим лицом: и посудина, и брызги выплеснувшегося в полёте полпива неподвижно повисли в сгустившемся воздухе между его руками. Однако последовавший за броском удар опрокинул его на спину, в сено. И тут же, лишившись опоры, сверху грохнулась кружка, а следом пролилось всё её содержимое.
— Зеваешь, маг! — заметила Торвин чуть насмешливо.
Но тут же добавила, протягивая ему руку и помогая сесть:
— Вообще-то, ты молодец. Успел кружку поймать. Я сама в первый раз просто схлопотала от Ларса и лаптем в лицо, и ладонью в лоб. Главное, не забывай, что за первым ударом обычно следует второй.
— Давай заново, — полушутя возмутился Венсель. — Я ведь не знал правил игры!
— Ну уж нет. Рассказываешь ты гораздо лучше, чем ловишь кружки. Так что за каждый проигрыш с тебя история.
— А о чём рассказывать?
— Да хоть о своей Загриде. Я никогда там не бывала.
— Но про Западную Загриду в любой книжке прочесть…
— Это тебе, — перебила его Торвин, внезапно поскучнев. — Я читать не умею.
У Венселя от удивления глаза полезли на лоб.
— А почему? Как же так?
— Ну вот так… На острове как-то не требовалось, потом — времени не было. Здесь уже, правда, мастер Итан меня немного учил, пока я в лазарете лежала, но это было давно, успело подзабыться…
— А считать умеешь?
— Деньги — умею, а так — нет, — уверенно отозвалась Торвин.
— Тогда давай меняться? Я буду учить тебя читать, а ты меня — рубиться на саблях. Ну как?
— Годится. Только чур, потом не ныть.
Проснулся Венсель под звук неожиданно громко ударившей по ушам первой утренней склянки. Он лежал на сене, заботливо укрытый конской попоной. Торвин нигде не было видно. Однако, прислушавшись, Венсель легко догадался, куда она подевалась: в конюшенном проходе слышались шаги, голодный гогот коней и звон овса, раскидываемого по кормушкам привычной рукой.
— А, проснулся? — бросила небрежно Торвин, увидев Венселя, выползшего из сенника. — Это хорошо. Давай, иди отсюда, пока проверяющего не принесло. И не вздумай завалиться снова спать, а то на построение опоздаешь.
Венселя слегка огорчил такой холодный приём, однако он не мог не признать справедливости сказанного. Кивнув Торвин на прощание, он выскользнул из конюшни в тёмную галерею. И тут же чей-то тяжеленный кулак врезался ему в грудь, впечатав лопатками и затылком в стену. Затем та же рука сгребла его и стиснула за ворот рубахи. Рослая, широкоплечая фигура придвинулась вплотную и голосом Твердислава недружелюбно рыкнула в лицо:
— Ну ты, червяк загридинский…
В тот же миг раздался другой, незнакомый голос:
— Твердь, не надо. Отойди. Дай я с ним перекинусь парой слов.
С недовольным ворчанием Твердислав отступил в сторону. Перед Венселем оказался парень, которого он уже не раз видел во взводе, и даже слыхал, что того кличут Вольхом Совой. Сова был ниже могучего Твердислава и заметно уже в плечах, но Венселю он показался куда более опасным. Недоброе и резкое лицо его не внушало доверия. К тому же по движению глаз было ясно, что парень отлично видит в темноте.
— Не бойся, бить не буду, — сказал он спокойно и ровно.
— А я и не боюсь, — ответил Венсель, потихоньку выстраивая перед собой тонкий силовой заслон.
— Вот этого всего тоже не надо, — поморщился Вольх. — Я просто хочу тебя кое о чём предупредить. В нашем взводе есть одно неписаное правило: Торвин неприкосновенна. Липнуть к ней запрещено. Это касается как обычных подкатов, так и всяких магических штучек.
С этими словами неприятный парень протянул руку, с некоторым усилием протиснулся сквозь созданный Венселем щит и вытащил у него из-за пазухи соломину. С кислым видом уронив её себе под ноги, он добавил: