— Неужели вы нас покидаете, Венсиэль?
Произнесено это было с самым невинным видом, и незначительное искажение, превратившее имя Венселя в женское, вполне можно было бы принять за случайную оговорку, если б не озорные искры в глазах всех присутствующих.
— Да. Разрешите пройти, — как можно спокойнее ответил Венсель.
— Как обидно! — воскликнул шутник, даже не подумав посторониться. — Без вас прогулка потеряет большую часть своей прелести. Сжальтесь, не лишайте нас своего общества!
Один из его товарищей тут же придвинулся ближе, перекрывая Венселю возможность протиснуться в дверь даже боком.
— Ты излишне навязчив, Тайрон, — сказал он доверительно. — Мало ли причин не любить верховую езду? К примеру, не все барышни обладают должной силой и смелостью, чтобы научиться уверенно сидеть в седле.
— В самом деле? — Тайрон удивлённо приподнял бровь. — А я полагал, что барышни нашего сословия, как правило, сильны и отважны.
— О, как видно, не всегда. Но это не так уж страшно, в барышне важнее миловидность и кроткий нрав. Одного не могу понять: зачем некоторые из них рядятся в мужское платье?
Вокруг раздались сдержанные смешки. Венсель почувствовал, как кровь кинулась к ушам и щекам. Оказывается, длинный язычок Джоли за одно утро успел наделать немало дыр в его репутации. Пока, правда, задиры ограничивались намёками, не переходя к прямым оскорблениям. Венсель, взяв себя в руки и мысленно сосчитав до десяти, произнёс:
— Господа, вы вольны обсуждать наряды барышень, сколько вам угодно, но делайте это, пожалуйста, без меня. Дайте пройти.
— Ого! — тут же с довольным видом воскликнул Эрвин. — Барышня не только носит камзол, но ещё и умеет дерзить?
В принципе, на такое следовало бы ответить оплеухой и тем самым заработать гарантированный вызов на дуэль. Однако саблю Венсель в последний раз держал в руках примерно тогда же, когда учился танцевать, причём с тем же сомнительным успехом, и потому благоразумно промолчал. Не дождавшись ответа, Эрвин насмешливо скривил губы и сказал по-прежнему тихо, любезным тоном:
— Пожалуй, Мюриэль была права на его счёт. Таким больше пристали корсет и пяльцы. Прошу…
Отступив в сторону, он освободил Венселю дорогу. Но стоило тому рвануться вперёд, ловко подставленная подножка едва не отправила его на пол. В последний миг Тайрон со смешком подхватил Венселя под локоть, не позволив упасть. Венсель вырвался, отскочил в сторону и возмущённо прошипел:
— Не смейте прикасаться ко мне, вы, неотёсанный нахал!
— Прекрасно, — отозвался Тайрон. — Должен вам напомнить, что раз уж вы носите мужской камзол, то и отвечать за свои слова придётся, как мужчине. Завтра на рассвете, в Соколиной роще. И не забудьте саблю, если она у вас есть.
«Вот и поговорили, — думал Венсель, бегом взлетая по лестнице к своей каморке на чердаке. — Замечательно! Теперь мне остаётся либо запереться у себя до конца жизни и прослыть трусом, либо отправиться завтра ни свет ни заря в Соколиную рощу, чтобы этот безмозглый красавчик настрогал из меня котлет. Ящеров хвост! Они позволили себе издеваться надо мною только от того, что сильнее, наглее и умеют фехтовать! У меня нет ни малейшего шанса! Хотя… Тайрона ведь не смущает тот факт, что ему придётся драться с практически беспомощным противником? Что в таком случае мешает мне использовать против него моё собственное оружие, то, которым не владеет он?»
У Венселя не было ни малейшего желания убивать или калечить кого-либо. Он надеялся совсем маленьким разрядом молнии заставить противника уронить оружие, парализовать на время руку — и только. Удар предполагался болезненным, но не опасным для жизни.
Идея на первый взгляд выглядела просто, но требовала хотя бы минимальной обкатки. В каморке для подобных репетиций оказалось маловато места, а в библиотеке мешали пыль и духота. Сунув саблю под мышку, Венсель прошмыгнул в сад, выбрал на этот раз место подальше от любых окон и занялся приготовлениями.
Сперва следовало сотворить подобие противника. Обычная тень тут не годилась, требовался вполне вещественный морок, который реагировал бы на удары молнии примерно так же, как настоящий человек. К тому же он должен был двигаться, достаточно жёстко имитируя атаку. Его удары должны были быть быстрыми и сильными, как у настоящего бойца.
Поигравшись вволю и придав своему мороку внешность, слегка схожую с реальным Тайроном, Венсель взялся за дело. Первая попытка закончилась провалом: едва сабля Венселя соприкоснулась с оружием морока, довольно яркая молния слетела с лезвий и унеслась в сад. Запахло горелыми кустами. «Матушка будет в ярости», — подумал Венсель, уменьшая мощность потока силы и блокируя следующий удар. Посыпались искры, разряд снова ушел в сторону.