На мосту гулял ветер. Ворота в Торм оказались распахнуты настежь. У входа в надвратную башню красовался высокий стулец, покрытый ковром. Сидевший на нём княжич откровенно скучал. Вокруг него стояли стражи его собственного охранного взвода в синих подкольчужниках, хмурый Гардемир бумагами в руках, старший жрец Храма Подземных Вод, ротный Бравлин, ещё какие-то незнакомые Венселю люди в дорогих одеждах… Рядом было приготовлено место для писаря, и тот уже во всю возился со своими пергаментами и перьями. Между местом судьи и ничем не огороженным краем моста, ясно видимая ото всюду, высилась подпора с Оком Правды — прозрачным сосудом, наполненным языками яркого бездымного пламени. Три древесные ветви, воткнутые рядом в кадку с землёй, выглядели на его фоне нелепо и сиротливо. Венселя провели к краю моста и оставили там у всех на виду. Колодку, впрочем, с рук не сняли. Теперь он стоял один-одинёшенек над грозно рокочущей водой Ночь-реки, а между ним и собравшимися судить его людьми ярко полыхало Око Правды.
— Подсудимый, — строго произнёс жрец. — Глядя в Земное Око Пресветлого Маэля, клянись говорить только правду.
— Клянусь, — эхом отозвался Венсель. А про себя подумал: «Попробовал бы кто на моём месте сказать что-нибудь другое».
— Могу я приступать? — тихо спросил Гардемир у княжича.
Тот в ответ кивнул безо всякого интереса. Гардемир откашлялся, выступил вперёд, развернул одну из своих бумаг и звучным, отчётливым, но совершенно бесцветным голосом начал читать обвинительную запись:
— Человек, именующий себя Венселем Нортвудом, вторым сыном рыцаря Ронуальда Нортвуда, до недавнего времени исполнявший обязанности младшего гарнизонного целителя, ныне привлекается к княжьему суду по обвинению в подлоге документов, пособничестве ракшасам, а так же личном злонамеренном колдовстве, повлекшем за собой подавление свободной воли и прекращение жизни безвинных людей. За все эти деяния он и его возможные сообщники должны быть подвергнуты казни через повешение, а их тела выставлены на привратной площади в назидание прочим. Подсудимый, признаёте ли вы себя виновным в этих деяниях?
— Нет, — сказал Венсель.
— В таком случае вам придётся обелить себя перед богами и людьми, честно и полно ответив на все заданные вам вопросы. Понимаете ли вы меня?
— Да.
— Верно ли, что вы уроженец поместья Нортвуд, что находится в Западной Загриде?
— Да, это так.
— Состоите ли вы в родстве с владельцем поместья, рыцарем Ронуальдом Нортвудом?
— Да, я его младший сын.
Око Правды вдруг зачадило, словно в него подбросили мокрой соломы. Спокойно, будто ничего другого и не ожидал, Гардемир продолжил:
— Я берусь утверждать, что человек, называющий себя Венселем Нортвудом, не является тем, за кого себя выдаёт. Господин дэль Ари, подойдите к Оку Правды.
Мастер Мерридин, почтительно поклонившись княжичу, вышел вперёд и встал так, чтобы отблески дивного пламени падали на его лицо.
— Что вы можете сказать о следе, оставляемом этим человеком в силе? — спросил его Гардемир.
— Зафиксированный мною след в силе не имеет особенностей, характерных для загридинских Нортвудов и элорийской ветви их семейства. Однако хорошо просматривается сходство с представителями рода Ортнэ.
— И что в этом особенного? — равнодушно поинтересовался Бравлин. — Его матушка — дочь барона Ортнэ.
— Но его отцом является вовсе не Ронуальд Нортвуд, — сказал Гардемир таким тоном, будто Венсель подстроил данный факт злонамеренно и собственными руками. Бравлин фыркнул и пожал плечами:
— Да какая разница? Ну, гульнула госпожа Нортвуд с кем-то из мужниных друзей. Парень вполне мог ничего об этом не знать.
— Напрасно смеётесь, господин Старый Сокол. Этот факт был преднамеренно скрыт. Скоро вы поймёте, почему я уделяю ему столь пристальное внимание. Мирош Серый Гусь!
— Здесь, — коротко откликнулся дед Мирош и вышагнул из-за спин стражей на свет Ока Правды.
— Расскажите всё, что вам известно о появлении в гарнизоне последнего ученика целителя Итана.
Мирош вздохнул, помялся немного и неуверенно произнёс:
— После гибели Стаяна Соболя Итану в любом случае требовался новый подручный. Он, видать, имел кого в Загриде на примете, вот и привёз. А может, так, случайно встретил…